«Минимальная пенсия – это не милостыня». Когда в Молдове можно будет нормально жить на пенсию? Индексация, повышение, «серые» зарплаты и дефицит. ИНТЕРВЬЮ с Еленой Цыбырнэ, директором Национальной кассы социального страхования

Елена Цыбырнэ, директор Национальной кассы социального страхования, рассказала в подкасте ZdCe об индексации пенсий с 1 апреля и номинальном повышении на 51,33 лея, объяснив, в какой мере это улучшает уровень жизни получателей социальных выплат. По словам директора НКСС, наибольшее негативное влияние на бюджет пенсионной системы оказывают зарплаты, выплачиваемые «в конвертах». Она также коснулась частных пенсий и уточнила условия, при которых они могут функционировать в Республике Молдова.

— Мы ведем этот разговор в контексте того, что с 1 апреля пенсии и социальные выплаты в целом были проиндексированы. Размер индексации составил 6,84%, к которому добавилось фиксированное повышение в 51,33 лея. Какова средняя сумма увеличения пенсии?

— Если посмотреть, средняя пенсия до индексации составляла около 4400 леев, а сейчас – около 4800, то можно сказать, что в среднем пенсия увеличилась примерно на 400 леев. Но процент применяется к той пенсии, которую каждый человек сформировал своими взносами в течение трудовой деятельности.

— Что это за фиксированная сумма в 51,33 лея? Откуда она появилась и почему она фиксированная, а не в процентах?

— Уже третий год законодательством предусмотрено, что при росте ВВП, при наличии определенного экономического роста, половина этого роста применяется к средней пенсии, учитываемой на тот момент, для всей группы получателей, и распределяется между всеми пенсионерами. То есть только нынешние пенсионеры по возрасту, инвалидности и по потере кормильца, чьи пенсии установлены в соответствии с законом о публичной пенсионной системе, ощущают это повышение на 51 лей. Много это или мало? Это ровно столько, сколько предусмотрено законом. И еще раз подчеркну, что таким образом государство возвращает пенсионерам часть роста ВВП, часть экономического роста, зафиксированного в 2025 году.

— Эта сумма, возможно, не сильно влияет на доходы пенсионера. Почему было решено применять такой тип повышения?

— Каждый раз, когда начинается процесс индексации 1 апреля, уже в марте начинаются обсуждения того, что формулу индексации нужно пересмотреть, что она неправильная. И каждый раз мы действуем так: если видим значительно более низкую инфляцию (а у нас были индексации и 3,8%, и 5%), Правительство думает о другой формуле. С 2003 года, когда была проведена первая индексация (1 апреля 2003 года), формулы постоянно менялись: была индексация за последние 3 года, средняя индексация, коэффициент индексации, определяемый на основе роста индекса потребительских цен и средней зарплаты по стране – подходы были разные. В итоге решили следующее: сама индексация, связанная с ростом индекса потребительских цен, применяется к уже рассчитанной и выплачиваемой пенсии (как сейчас), берется последний показатель, зафиксированный Национальным бюро статистики на конец 2025 года; дополнительно используется рост ВВП, который раньше тоже применялся при индексации; и есть еще коэффициент роста средней зарплаты по стране, который применяется при расчете пенсии – к зарплатам, включаемым в формулу. Все три показателя используются, но на разных этапах формирования пенсии.

— Произойдут ли существенные изменения после индексации? Смогут ли пенсионеры жить лучше на новые, увеличенные суммы?

— Насколько хорошо мы живем и хватает ли нам пенсии… К сожалению, мы начинаем об этом думать только за 3-4 года до выхода на пенсию. Но не думаем об этом тогда, когда делаем первый шаг и устраиваемся на работу. Именно в момент подписания первого индивидуального трудового договора, после окончания университета, нужно задумываться о том, как формируется будущая пенсия.

— В какой мере средняя пенсия покрывает потребности пенсионера в Республике Молдова?

— По крайней мере, средняя пенсия превышает прожиточный минимум для пенсионера: она составляет более 4800 леев. Прожиточный минимум, рассчитанный НБС, – около 2600 леев на одного пенсионера. То есть средняя пенсия его превышает. Да, на пенсию в 4800 леев нельзя позволить себе даже не то что все необходимое, а элементарные вещи для жизни – с этим я согласна. Среднюю пенсию мы рассчитываем для всех 670 тысяч пенсионеров. Но если посмотреть на пенсии, назначенные после 2017 года по формуле, строго основанной на взносах, то там средний уровень – около 7000 леев. Это потому, что люди уже осознают необходимость делать взносы и видят результат.

— Насколько справедливо, по вашему мнению, сейчас рассчитываются и выплачиваются пенсии в Республике Молдова?

— Сейчас система очень справедливая. Люди, выходящие на пенсию, могут видеть свою официальную зарплату, задекларированную работодателем. И я, и вы, и ваши коллеги – если вы зайдете в личный кабинет социального страхования, увидите всю свою историю и те зарплаты, которые декларирует работодатель. Именно эти суммы идут в расчет пенсии, а не те деньги, которые вы могли получать дополнительно. Есть много случаев, когда человек фактически получал 10 тысяч леев, а в системе отражена зарплата в 1000 леев.

— Вы имеете в виду неофициальные выплаты?

— Да, неофициальные, «в конверте», как ни назови. Сейчас есть инструменты, позволяющие увидеть, какую зарплату работодатель декларирует и с какой суммы платятся медицинские взносы, подоходный налог и отчисления в пенсионный фонд. Именно эта сумма будет учитываться при расчете пенсии. Не та, что выдавалась «в конверте». Когда люди обращаются с жалобой: «У меня маленькая пенсия», первое, что я делаю – открываю их личный кабинет и показываю, с какой зарплаты они работали. И очень часто там не хватает одного нуля в конце. Очень часто.

— Это значит, что работодатели были нечестны по отношению к сотрудникам?

— Да, именно так. Я спрашиваю: «Как вы могли жить на тысячу леев в месяц? Вам хватало тысячи леев?» — «Нет, я получал не 1 тысячу, а 10 тысяч». — «Да, но у вас задекларирована 1 тысяча. Именно с этой суммы вам и начислялась пенсия».

Самое сложное – это перераспределение бюджета, денег, потому что здесь вмешивается государство. Государство выступает гарантом и обеспечивает минимальную пенсию тем, кто работал с зарплатой в конверте, неофициально, и получал менее тысячи леев. Иногда в системе у человека может быть даже не 1000 леев, а 500-600, если он работал, например, всего час в день.

— Но ведь существует минимальная зарплата, которую обязаны декларировать?

— Минимальная зарплата – 6300 леев – применяется при полной занятости, то есть 8 часов в день, 5 дней в неделю. Но экономические агенты очень изобретательны и находят способы: человек может быть оформлен на 1 час в день или работать только 8 часов в неделю. Тогда минимальная зарплата рассчитывается пропорционально, и получается 500-600 леев официально. Соответственно, и взносы очень маленькие. И тут в дело вступает бюджет социального страхования и государство, которое гарантирует минимальную пенсию. Есть случаи, когда расчетная пенсия составляет 800-900 леев, но государство доплачивает до 3264 леев. Эта разница покрывается из общего бюджета, из средств всех, кто платит взносы.

— Вы говорили, что государство доплачивает до минимальной пенсии тем, у кого она ниже, но есть случаи, когда люди работали и получали пенсию меньше минимальной – около 2000 леев. Как это объяснить и можно ли это исправить?

— Минимальная пенсия после индексации (3264 лея) назначается при полном страховом стаже – 34 года. В систему можно войти минимум с 15 годами стажа. Если у человека нет даже 15 лет, он вообще не получает пенсию, а только социальное пособие – 40-50 % от минимальной пенсии. Если же у человека есть минимум 15 лет, но нет полного стажа в 34 года, пенсия рассчитывается на основе взносов. Поэтому у всех, кто получает меньше 3264 леев, нет полного страхового стажа.

— А если человек уверен, что у него есть полный стаж, что ему делать? Возможны ли ошибки в расчете пенсии?

— Нет. Ошибок в расчете пенсий не бывает. Это я могу сказать с уверенностью.

— Что еще нужно сделать для устойчивости пенсионной системы? Сейчас мы знаем, что уровень взносов низкий: более 600 тысяч пенсионеров и около 800 тысяч плательщиков. Соотношение – 1 к 1,2, а нужно примерно 1 к 4. Как решить эту проблему при негативной демографической ситуации?

— На пенсионную систему влияет не столько количество занятых людей, сколько объем взносов – их сумма. Да, это связано с числом работающих, но, например, 100 человек могут обеспечить миллион леев взносов в бюджет, а могут – только 100 тысяч. Что важнее для бюджета? Увеличение числа работников или устранение зарплат в конвертах?

— Это самый вредный фактор для пенсионной системы?

— Именно. Неправильно думать только в категориях «1 к 4». Допустим, будет такое соотношение, и что? Взносы могут остаться на том же уровне. Чтобы понять, насколько все взаимосвязано: можно проработать 34 года и получать минимальную пенсию, потому что официальная зарплата была низкой или не декларировалась – и тогда у тебя 3264 лея. А можно проработать 18 лет и получать пенсию 7-8 тысяч, потому что в эти годы ты делал большие взносы, чем человек, работавший 30 лет или 34 года. Пенсионная система – это не что-то абстрактное. Чтобы получать пенсию, нужно платить взносы.

Я всем говорю: «Возьмите свою зарплату за последние 2-3 года, посчитайте среднемесячную зарплату и примените к ней 40%. Это и будет примерная пенсия». Например, из 4000 леев — это 1600 леев. Это ваша рассчитанная пенсия. И тогда государство доплачивает до 3264 леев. Это хорошо. Когда мы видим рост минимальной пенсии, это значит, что у государства есть средства поддерживать хотя бы базовый уровень системы. Государство не обязано выплачивать тебе эту минимальную пенсию – это не какая-то милостыня. Хотя сейчас в нашей стране она часто воспринимается именно так, как милостыня. Но это не милостыня, а своего рода мера безопасности для тебя: что бы ни произошло в жизни, когда ты достигнешь пенсионного возраста, даже если у тебя не будет необходимого стажа или зарплаты были очень низкими, ты все равно получишь эту минимальную пенсию. Это тот самый нижний порог, на который ты точно можешь рассчитывать. А вот свою будущую пенсию ты уже формируешь сам.

— Может ли система частных пенсий поддержать государственную систему? Когда возможны изменения в этом направлении?

— Конечно, может. Такие механизмы уже есть.

— Но они не обязательны.

— Они не обязательны, и это зависит от самого человека. Как и в государственной пенсионной системе, мы сами формируем свою будущую пенсию. Я прямо представляю сейчас всех, кто меня услышит… но это действительно так – мы ее создаем сами. Точно так же и решение инвестировать или не инвестировать в частный пенсионный фонд – это наш выбор. Закон действует уже более двух лет. Насколько я понимаю, Национальная комиссия по финансовому рынку выдала лицензию одному частному пенсионному фонду.

— То есть человек все равно должен платить обязательные взносы в государственную систему, а дополнительно, при желании, в частный фонд?

— Минимальный взнос в частный фонд, насколько я знаю, составляет около 300 леев в месяц, минимальный период – 5 лет (60 месяцев). Они могут быть не подряд: можно платить с перерывами. Но в сумме должно быть не менее пяти лет, чтобы потом можно было получать. И человек должен быть официально трудоустроен, иначе его не примут в фонд.

— Могут ли граждане доверять таким фондам? Нет ли риска, что кто-то сбежит с их деньгами?

— Знаете, мы уже проходили через подобный опыт. Чтобы инвестировать в такой фонд, нужно очень-очень хорошо все изучить, потому что этот страх в обществе существует, и я не уверена, исчезнет ли он со временем. Если вы ждете от меня совета, я не могу высказывать свое мнение. Я сама думала, согласилась бы или нет, но хочу сначала увидеть их программу, понять, во что они инвестируют, потому что должна быть доля распределения инвестиций – нельзя вкладывать все 100% в одну сферу, чтобы не увеличивать риск. Должны быть разные направления. То есть я хочу сначала посмотреть их программу, а уже потом решать. В Европейском союзе во всех странах-членах существуют все три уровня пенсионной системы (первый уровень – государственная пенсия; второй уровень – обязательная частная пенсия; третий уровень – добровольная частная пенсия, прим. ред.). Существует и второй уровень, а у нас его пока еще нет.

— Об этом я спрашивала вас, об обязательных частных пенсиях. Есть ли перспектива их введения в ближайшем будущем?

— Перспектива есть, но все зависит от того, как будут управлять системой. Но они должны существовать как альтернатива. У нас очень много вопросов, например, я хочу вносить значительно больше, чем платит работодатель. И к сожалению, сейчас в государственной пенсионной системе нет такой возможности – дополнительно застраховаться сверх своей зарплаты. И такую возможность для этих людей дает этот частный пенсионный фонд. Я бы хотела введения второго пенсионного уровня. Во втором уровне в любом случае будет участвовать и государство как гарант.

— Когда можно будет достойно жить на пенсию, получаемую в Республике Молдова?

— Достойная жизнь будет тогда, когда мы будем работать.

— Но ведь все работают…

— Да, но не все умеют отстаивать свое право на труд. Каждый из нас может подписать трудовой договор и требовать от работодателя соответствующую оплату за свою работу. С этого и начинается достойная жизнь. Не с того, что дает государство. Государство предоставляет инструменты. Есть и система социальной помощи – для наиболее уязвимых, для тех, у кого низкие пенсии: они получают поддержку, пособия, компенсации. Это разные механизмы, которыми управляет Министерство труда, а не Национальная касса социального страхования. Но хорошо мы будем жить тогда, когда поймем, что нужно официально оформлять свою работу, подписывать индивидуальный трудовой договор и платить налоги государству.

— Благодарю вас.