В возрасте 16 и 19 лет они бросили вызов советскому режиму и заставили КГБ понервничать. Лилия Пыргарь и Ася Скорпан награждены Орденом Республики

Лилия Пыргарь (Нягу) и Ася Скорпан, известные своей антисоветской акцией, организованной в Кишиневе почти 56 лет назад, были награждены Орденом Республики. Награды были вручены им президентом Майей Санду указом от 28 августа.

В настоящее время Лилия Пыргарь (Нягу) работает лифтером в Государственной больнице, а Ася Скорпан преподает в теоретическом лицее им. Михаила Березовского с художественным профилем.

Обе женщины привлекли внимание советских властей осенью 1970 года, когда были подростками. Лилии Нягу тогда было 19 лет, а Асе Андрух — всего 16. За одну ночь они написали десятки антисоветских надписей на важных зданиях в центре Кишинева.

Их действия вызвали обеспокоенность у коммунистического руководства того времени. Власти привлекли местные структуры КГБ для выявления ответственных лиц и выяснения того, как такая демонстрация против советской системы была возможна.

Согласно изданию Historia, акция произошла в ночь с 30 сентября на 1 октября 1970 года.

За латинский алфавит и румынский язык

Большинство лозунгов были направлены против оккупации Молдовы русскими. Некоторые надписи, как видно из досье КГБ, имеют ярко выраженный национальный характер: они выражают поддержку латинскому алфавиту, уважению прав молдаван в своей стране, призывают вернуть юг Бессарабии от Украины или критикуют шовинистическое поведение русских в Молдове.

Особое послание было адресовано тогдашнему лидеру Коммунистической партии МССР: «Бодюл, уйди из Молдовы». Лилия и Ася считали, что многие русские, а также обрусевшие евреи, пользуются слишком большими привилегиями, занимая высокие должности, а молдаване подвергаются дискриминации на родине и рассматриваются как иностранцы.

Вот почему некоторые лозунги носили антиеврейский характер. Советские власти классифицировали эти призывы как антисоветские, что, согласно статьям Уголовного кодекса Молдавской ССР, ставило под угрозу существование СССР. Режим сильно беспокоил прорумынский характер лозунгов, тот факт, что новое поколение молдаван идентифицировало себя как румыны, чем антироссийский и антиеврейский характер других надписей.

КГБ идет по следу Лилии Нягу

КГБ провел графологический анализ надписей и очень легко установил их авторство, учитывая наличие образцов почерка Лилии Нягу с 1969 года, когда она подверглась «профилактике».

Как видно из архивного дела, хранящегося в СИБ, Лилия Нягу предупредила Асю Андрух в ночь с 30 сентября на 1 октября 1970 года, что у КГБ есть образец ее почерка, и ее легко опознать, но Ася Андрух настояла на том, чтобы надписи были сделаны ими обоими, в жесте юношеской солидарности.

Эта неосторожность, естественная в этом возрасте, также позволила КГБ разоблачить их в рекордно короткие сроки. Других же, к примеру, искали годами. С момента, когда Лилия Нягу уже была в поле зрения КГБ, найти «преступника» было несложно.

Случай Лилии Нягу и Аси Андрух остается показательным с нескольких точек зрения. Советский режим обнаружил, что по крайней мере часть молодежи больше не принимала диктат, которому их подвергали родители, они стали мыслить свободно, и это поставило под угрозу само существование режима. А внутренняя свобода личности привела бы к краху коммунизма.

Источники свободомыслия и «антисоветизма»

КГБ очень хотел выяснить источники «националистических» взглядов двух подростков. Нягу и Андрух недавно заявили, что 40 лет назад слушали Радио Свободная Европа и «Голос Америки» и были подписчиками различных изданий из Румынии.

У Аси Андрух была подруга из Румынии, Габриела, с которой она познакомилась на концерте группы «Mondial» в Кишиневе. При этом обе «подсудимые» заявили, что были возмущены, услышав в школе, что румынский режим в межвоенный период поработил бессарабцев и заставил их говорить по-румынски. Возмущение выражалось в следующем: «Как можно заставлять говорить по-румынски, если наш язык — румынский?».

Обе девушки были также возмущены тем, что в общественном транспорте, на улице, русскоязычные презирали тех, кто общался на румынском языке, и оскорбляли их, а последние боялись дать достойный отпор, зная, что ополченцы подтвердят правоту русских.

Допрос

С 5 октября 1970 года по 10 марта 1971 года Лилия Нягу содержалась под стражей в здании КГБ. Ася Андрух не была арестована, ее привозили из дома для допроса. 10 марта 1971 года в Верховном суде состоялось заседание, на котором Лилия Нягу заявила, что следователь КГБ, майор Мэмэлига, много говорил с ней об истории Молдовы, пытаясь изменить ее ошибочные убеждения.

Обе девушки на суде подтверждали свои убеждения: почему в Молдове закрыты церкви, почему юг Бессарабии был передан Украине, почему у нас нет латинского алфавита, подлинность «молдавского» языка и почему нам навязывают молдавский язык вместо румынского.

Другими причинами восстания девушек против советской власти было то, что в СССР не было таких же условий для досуга молодежи, как на Западе. Кроме того, на судебном заседании обе девушки рассказали о других деталях, которые позволяют понять мотивы их поступка.

С одной стороны, они были убеждены в существовании подпольных организаций антисоветского характера и лишь пополнили ряды самых смелых, открыто высказывающих свое мнение. Среди упомянутых ими людей — Андрей Вартик, тогда студент математического факультета Государственного университета, и Михай Морошану, осужденный несколькими годами ранее за «национализм».

С другой стороны, когда в суде их спросили, какие цели они преследовали, когда оставляли надписи на зданиях в ночь с 30 сентября на 1 октября 1970 года, оба девушки ответили, что надеялись убедить студентов поверить в существование подпольных национальных организаций и тем самым побудить их к действиям по уважению интересов и прав молдаван.

Принудительная работа на «Красной звезде»

В деле КГБ указано, что Ася Андрух была оправдана, поскольку с самого начала ее вызывали в качестве свидетеля по делу Лилии Нягу, а не в качестве обвиняемой. Стоит отметить, что эта ситуация ее беспокоила, и она смело заявила на судебном заседании, что они действовали сообща и что ей было бы легче, если бы ее тоже осудили вместе с Лилией Нягу.

В действительности Ася Андрух также была осуждена, но на административной, а не уголовной основе, приговор был вынесен исполнительным комитетом Ленинского района города Кишинева. Сначала ее исключили из школы, а затем, в качестве наказания, ее отправили на работу на трикотажную фабрику «Красная звезда».

По ее словам, в ее классе в школе № 1 была одноклассница, чья мать занимала высокий пост в партии, и открытое осуждение ученицы из этого класса могло бы определенным образом подорвать ее авторитет как партийного деятеля. Поэтому было решено скрыть «вину» Аси Андрух.

Благодаря благоприятному стечению обстоятельств и риску, на который пошла начальница смены на «Красной звезде», наказание было отменено через несколько месяцев.

Лилия Нягу родилась 14 мая 1951 года в городе Леова, окончила среднюю школу № 2, а в 1969 году поступила в Кишиневский медицинский институт. На первом курсе КГБ предупредил ее о недопустимости повторения антисоветских высказываний, которые она делала в беседах с однокурсниками и друзьями.

Но предупреждение ее не испугало, она продолжила свою «националистическую агитацию». Ася Андрух родилась 16 февраля 1954 года. На момент ареста ей было 16 лет, и она училась в школе № 1 в Кишиневе, ныне лицей имени Георге Асаки.

Она познакомилась с Лилией Нягу в начале сентября 1970 года, когда ее приняли на проживание в семью Андрух. Именно Ася Андрух летом 1970 года написала на здании школы № 1 надпись «Mondial, noi suntem cu tine». Тем летом в Кишиневе выступала известная румынская группа.