Исполнители, но не заказчики: что не так с расследованием полицейского насилия в Грузии

В Грузии арестованы пять спецназовцев, избивших людей на акциях протеста  против приостановки процесса евроинтеграции страны в 2024 году. Почему активисты и правозащитники не считают эти аресты торжеством справедливости?

Кто задержан и в чем их обвиняют

Генпрокуратура Грузии объявила о задержании пятерых силовиков по обвинению в превышении служебных полномочий во время акций протеста в 2024 году. Задержанные – трое бывших и один действующий сотрудник спецназа, а также сотрудник Департамента охранной полиции МВД, тоже действующий. 

Следствие продолжается, его ведут по трем эпизодам. Первый эпизод касается 23-летнего Звиада Маисашвили, избитого в ноябре 2024 года, во втором эпизоде фигурирует оппозиционный политик Леван Хабеишвили, его избили  в апреле 2024 года, во время протеста против принятия закона об “иноагентах”. А третий – нападение на журналиста независимого телеканала “Формула” Гурама Рогава, когда тот освещал акцию протеста 29 ноября 2024 года. 

Так избивали Звиада Маисашвили

Всех задержанных обвиняют по статье, которая подразумевает злоупотребление служебным положением с применением силы. Сотрудник спецназа, задержанный в связи с эпизодом ​​с нападением на журналиста Рогава, дополнительно обвиняется в незаконном воспрепятствовании журналисту в его работе. По грузинским законам, такие обвинения могут означать от 5 до 8 лет

Генпрокуратура Грузии заявляет, что расследование событий 2024 года остается активным: следователи, по данным ведомства, провели тысячи процессуальных действий и допросили более 550 свидетелей. Власти настаивают, что действовали “с присущей высокой ответственностью”, то есть расследование ведется “по всем направлениям”, связанным с насилием во время протестов.

“Арест пяти полицейских ничего не значит”

Грузинская общественность отнеслась к новости скептически. Главная причина – отсутствие ощущения реальной ответственности за системное насилие: задержание пяти человек не выглядит адекватной реакцией на масштаб происходившего, где число пострадавших исчисляется сотнями. Кроме того, все задержанные – полицейские низшего звена, которые, очевидно, действовали по приказу руководства. При этом те, кто отдавал эти приказы и нес политическую или командную ответственность, в расследовании не фигурируют.

Об этом говорят и сами пострадавшие:

“Арест пяти полицейских-насильников ничего не значит. Если бы власти действительно хотели расследовать системное насилие, гораздо больше виновных уже были бы наказаны. Меня официально признали потерпевшим, известны личности почти всех причастных, включая тех, кто отдавал приказы”, – написал в Фейсбук один из пострадавших активистов Саба Схвитаридзе, поименно перечислив полицейских, которые, по его словам, причастны к его избиению на акции протеста. 

Это отмечают и международные организации:  “Справедливость означает привлечение к ответственности по всем делам. Арест пяти человек не может изменить общую картину безнаказанности в Грузии, особенно когда многие предполагаемые нарушения до сих пор остаются без эффективного расследования”, – заявил заместитель директора Amnesty International по Восточной Европе и Центральной Азии Денис Кривошеев, призвавший генпрокуратуру распространить расследование на всех потенциально ответственных, включая тех, кто отдавал приказы или не смог предотвратить нарушения прав человека.

Созвучную реакцию обнародовал и Международный институт прессы, в официальном заявлении которого говорится, что десятки нападений на журналистов во время протестов в Тбилиси до сих пор не расследованы должным образом, а арест полицейского, обвиняемого в нападении на журналиста Гурама Рогава – важный, но скорее символический шаг, который не меняет общей ситуации с безнаказанностью насилия против журналистов. 

Неторопливость и непрозрачность

Другая важная претензия общества к властям – скорость расследования. Сотни пострадавших два года ждали наказания для тех, кто на них напал, избил и лишил гражданского права открыто выразить протест. И два года никто из полицейских, превысивших полномочия, не был ни задержан, ни привлечен к ответственности. И в эти же два года власти задержали сотни граждан, участвующих в акциях протеста, а десяткам из них присудили тюремные сроки (иногда – длительные).  

Примечательно и то, что власти объявили об аресте спецназовцев два дня спустя после публикации подробного журналистского расследования, в котором независимый телеканал “Формула” расследует расправу над своим журналистом Гурамом Рогава, на которого напали во время работы буквально в прямом эфире. “Формула” установила личность нападавшего (в том числе и опираясь на свои источники в спецслужбах) и передала эту информацию в полицию. Поэтому многие в Грузии считают, что сам арест стал возможен благодаря работе журналистов и общественному давлению, а не инициативе силовиков.  

МВД отреагировали на расследование сдержанно и фактически отвергли выводы журналистов. Бывший глава спецназа МВД Звиад Харазишвили заявил, что не знает человека, которого “Формула” назвала предполагаемым нападавшим на Гурама Рогава, и подчеркнул, что его подразделение якобы не участвовало в подобных действиях против журналистов. 

Все фигуранты расследования прокуратуры фигурируют под инициалами, их личность не обнародуется. И к этому тоже есть вопросы – многие хотели бы большей прозрачности. Этот вопрос поднимает, например, одна из авторов расследования “Формулы”, журналистка Элисо Джариашвили: “Почему у нас нет права присутствовать на процессах, когда речь идет о тяжелейшем преступлении, которое, напротив, должно было расследоваться максимально прозрачно, и правосудие тоже должно было осуществляться открыто!” – написала Джариашвили в Фейсбук, отметив, что на том этапе следствия, когда обвиняемые уже задержаны, а в деле есть признательные показания, засекречивать данные нерезонно.  

Диана Петриашвили, Медиасеть