Мнение СИБ, экстрадиция и национальная безопасность
28 апреля 2026 года бывший заместитель Службы национальной безопасности Александр Балан был экстрадирован в Беларусь в рамках масштабного международного обмена. Молдова получила домой из Москвы двух сотрудников СИБ, арестованных год назад, уступив при этом Балана, который некоторое время находился под арестом в Румынии, а также жену одного из сотрудников ОГРВ. Беларусь приняла Балана, но освободила трех поляков, один из которых — журналист с белорусско-польским гражданством. К операции по освобождению были подключены важные органы власти США и ЕС.
После завершения этой операции в публичном пространстве посыпался поток вопросов: почему Балан не был наказан за государственную измену? Почему ему позволили уехать, хотя неизвестно, сколько еще секретов он хранит? Что теперь будет с СИБ? Остались ли в СИБ еще «баланы»? Как СИБ обеспечит защиту своих сотрудников, секретов и граждан? Это законные и важные вопросы, и ответы на них нужно получить как можно скорее. Но я боюсь, что при этом ускользает основа всех проблем: как такие люди, как Балан, попадают в СИБ, или как сотрудники СИБ и других крайне важных учреждений доходят до предательства государства?
СИБ был создан в 1991 году, через 2 недели после провозглашения независимости Республики Молдова. СССР тогда еще существовал и просуществовал еще несколько месяцев. Как вы думаете, какие люди в тот момент создавали молдавские органы безопасности? Какой у них был опыт работы? Где и кем они были подготовлены? Вы догадались правильно: в тот период в Молдове был только один тип людей, подготовленных к обеспечению государственной безопасности — обученные и натренированные в Москве. Конечно, среди тех, кто получил образование и опыт в СССР, были и честные люди, но мое предположение, основанное на множестве аргументов, состоит в том, что честных людей почти не допускали к руководящим должностям в СИБ.
Всего через шесть месяцев после создания СИБ Республика Молдова оказалась втянута в войну на Днестре, подпитываемую Российской Федерацией. СИБ должна была знать, действовать и максимально активно доказывать вооруженное участие России в этом конфликте. Как вы думаете, сделала ли она это?
Перечитывая письма Ильи Илашку, которого органы государственной безопасности отправили участвовать в этой войне, я нахожу множество заявлений о предательстве, утечке информации и внутренних ловушках: «Я участвовал в боевой операции, к сожалению неудачной, в лесу возле сел Копанка, Леунтя и Грэдиница, с целью ликвидации банды сепаратистов под руководством некоего Овчиникова. Их заранее предупредили из Кишинева — когда мы вступили в бой, траншеи были пустыми, они исчезли, было видно, что они только что там находились. Затем я встретился в МНБ (Министерство национальной безопасности, так тогда называлась СИБ, прим. ред.) с Д.Н., он воевал в Кочиерь. Я снова встретился с ним на срочном совещании, организованном Снегуром (бывший президент Молдовы, прим. ред.) и Плугару (бывший глава службы безопасности, прим. ред.) в командном пункте (подвале) в Холеркань. Там было много людей, в том числе и М.К., нынешний вице-председатель Парламента (тогда глава исполнительной власти в Криулянах). Я тогда поспорил с ним и со Снегуром. Чобану во весь голос предлагал провести „референдум о необъединении с Румынией, и этим мы смягчим русских”. Я вскочил и потребовал „патроны, гранаты, и если у вас есть военные аналитики, давайте хоть какое-то планирование, потому что все делается вслепую”. Чобану возмущался, что „эти унионисты ведут нас к гибели”. Меня тогда публично поддержал только Д.Н., а остальные около 200 офицеров стояли, опустив головы. Снегур пытался меня успокоить, постукивая карандашом по столу. Бывший председатель из Кэушень стоял у меня за спиной и шептал: „Замолчи, Илья, разве ты не видишь, что тут не с кем ни говорить, ни бороться”. Там ходил один сотрудник службы безопасности и снимал все на камеру. Я возмутился, ведь я действовал в тылу фронта. Снегур меня успокоил, сказав, что „это для истории и будет храниться в МНБ”. Так что, Алина, сходи в службу безопасности и попроси видеозапись от 19.05.1992, снятую в Холеркань, и ты увидишь меня там. Вряд ли тебе ее дадут, но попробуй. Скажи, что я просил тебя обратиться к ним. Илья Илашку, Тирасполь, камера № 13, 8 июня 2000 года».
Итак, пока у молдавских войск не было оружия, поддержки, стратегий и финансирования, 14-я российская армия в Тирасполе была полностью вовлечена в этот конфликт. Но существуют ли документы, которые это подтверждают? Да, существуют, только они не были собраны СИБ. Есть решение Европейского суда по правам человека по делу группы Илашку, которое включает множество доказательств, собранных политзаключенными и их семьями, а также свидетельства по этому делу — представителей специальных государственных структур, вызванных в обязательном порядке в верховный суд. Именно так появились первые документальные доказательства и первое международное судебное решение относительно военного участия Российской Федерации в войне 1992 года против Республики Молдова.
Помнит ли кто-нибудь, как был арестован Смирнов, лидер сепаратистов, который должен был сидеть в тюрьме в Кишиневе, а не наживать состояние в Тирасполе? Напомню, как его освободили: «Смирнов был освобожден после того, как подписал обязательство не покидать место жительства и не участвовать в политике. Если бы его посадили, это стало бы уроком и для других», — рассказывал Ион Косташ для ZdG.
СИБ мало что сделала и в последующие 30 лет. Службой руководили Плугару, Пасат, Решетников, Пырлог и другие, которые, в свою очередь, подчинялись Лучинскому, Воронину, Додону. Как вы думаете, что происходило в этом учреждении и почему мы так и не увидели решительных действий по противодействию сепаратизму, отмыванию денег и захвату государства? Какие секреты мог передать Александр Балан Российской Федерации после ухода с должности в 2019 году? А какие секреты Россия не знала? И какие секреты вообще остаются у Республики Молдова сегодня, если Игорь Додон и его партийные соратники находятся в Парламенте — органе власти, который фактически контролирует СИБ — и ездят в Москву всякий раз, когда того требует Кремль? В последний раз молдавские парламентарии с обязательствами перед Кремлем появились в российской столице после того, как 27 марта посетили Олега Озерова в районе российского посольства в Кишиневе.
Наблюдая за деятельностью СИБ на протяжении 33 лет, я считаю, что лишь сейчас начинают ощущаться первые признаки дерусификации этого учреждения. Но на мой взгляд, впереди еще много работы, особенно на фоне роста напряженности. И на данный момент критически не хватает ясности в вопросе ответственности за государственную измену. В случае с Александром Баланом наказание в виде экстрадиции «в руки» сотрудников КГБ с цветами больше похоже на почетную пенсию. Кстати, он будет получать пенсию из государственного бюджета?
