Уведомление, поданное Никанором Чокинэ, признано Конституционным судом «неприемлемым»
Конституционный суд (КС) признал недопустимой жалобу, поданную бывшим примаром села Болдурешты Никанором Чокинэ, обвиняемого в смертельном наезде на ребенка и оставлении места происшествия, в которой он ссылался на неконституционность ряда положений Уголовно-процессуального кодекса. Решение, принятое в пятницу, 23 января, является окончательным и не подлежит обжалованию.
23 января 2026 года, Конституционный суд принял решение о недопустимости обращения по поводу неконституционности ст. 368 ч. 1 п. 3 Уголовно-процессуального кодекса, поданного Никанором Чокинэ в рамках дела, в котором он обвиняется в смертельном наезде на ребенка и оставлении места происшествия.
Автор жалобы утверждал, что статья 36 ч. 1 п. 3 Уголовно-процессуального кодекса, разрешающая зачитывание в суде показаний, данных в ходе уголовного расследования, когда обвиняемый отказывается давать показания, нарушает право не свидетельствовать против себя, гарантированное статьей 21 Конституции, поскольку эти показания могут быть использованы в качестве доказательств против него.
Чокинэ также утверждал, что оспариваемая норма нарушает его право на защиту, поскольку она не позволяет ему ходатайствовать о «заслушивании показаний соучастника», чьи показания, данные в ходе уголовного расследования, были зачитаны в суде, «тем самым затрагивая право на справедливое судебное разбирательство и право заслушать свидетелей, гарантированные Конституцией и Европейской конвенцией по правам человека».
Выводы суда
Рассматривая допустимость жалобы, суд, ссылаясь на соблюдение права не свидетельствовать против себя, отметил, что «автор критикует оспариваемую норму не с точки зрения нарушения личного права не свидетельствовать против себя, а с точки зрения затрагивания прав соучастника (т. е. г-на Иона Андронаке)». Таким образом, поскольку автор не выдвинул возражение о неконституционности для защиты своих прав, суд признал эту часть жалобы недопустимой.
Суд установил, что ст. 368 ч.1 п. 3 Уголовно-процессуального кодекса «позволяет сторонам запрашивать на судебном заседании зачитывание показаний подсудимого, данных в ходе уголовного расследования, если он отказывается давать показания в суде».
«В своей судебной практике Европейский суд постановил, что принятие в качестве доказательства показаний свидетеля, отсутствовавшего на судебном процессе и чьи предыдущие показания являлись единственным или решающим доказательством против обвиняемого, не является автоматически нарушением статьи 6 § 1 Конвенции (Schatschaschwili против Германии, 15 декабря 2015 г., § 109). Это соображение применимо и в случае принятия в качестве доказательства показаний соучастника, который ссылается на право хранить молчание (Strassenmeyer против Германии, 2 мая 2023 г., §§ 73-74)», — заявили в КС.
Суд установил, что отсутствие у автора исключения возможности допросить соучастника в суде «компенсируется на нормативном уровне гарантиями, предусмотренными Уголовно-процессуальным кодексом».
«Таким образом, при рассмотрении показаний соучастников, данных на стадии уголовного расследования, суд установил, что оспариваемая норма не устанавливает уникального или решающего характера этих показаний. Напротив, оценка доказательной ценности рассматриваемого заявления находится в компетенции судов», — добавили судьи.
Кроме того, в ст. 101 ч. 4 Уголовно-процессуального кодекса законодатель установил, что суд обязан основывать свое решение только на доказательствах, к которым все стороны имели равный доступ, и обосновать в решении допустимость или недопустимость всех представленных доказательств. Это положение «позволяет автору жалобы оспаривать достоверность и релевантность зачитанных показаний и представлять свою собственную версию обстоятельств уголовного дела».
Суд также отмечает, что в ст. 389, ч.1 и ч.2 Уголовно-процессуального кодекса законодатель установил явные ограничения на использование таких заявлений при вынесении обвинительного приговора. Согласно этим положениям, «обвинительный приговор может быть вынесен только в той мере, в какой вина подсудимого в совершении преступления подтверждена совокупностью доказательств, рассмотренных судом, и не может основываться на предположениях или, исключительно или преимущественно, на показаниях свидетелей, представленных в ходе уголовного расследования и зачитанных в суде в их отсутствие».
«В целом, суд постановил, что законодатель установил достаточные гарантии, позволяющие использовать показания соучастников, данные на стадии уголовного преследования, без ущерба для сущности права на защиту автора исключения, гарантированного статьей 26 Конституции», — заключил суд.
Решение суда
«На основании приведенных аргументов суд признал недопустимой жалобу г-на Никанора Чокинэ по поводу возражения о неконституционности статьи 368 ч. 1 п. 3 Уголовно-процессуального кодекса, принятого Законом № 122 от 14 марта 2003 г., поданную г-ном Никанором Чокинэ по делу № 1-1348/2024, находящемуся на рассмотрении в Кишиневском суде сектора Буюканы», — постановил суд.
CC.Ciochină by Ziarul de Gardă
Бывший примар села Болдурешты Никанор Чокинэ, обвиняемый в смертельном наезде на ребенка и оставлении места происшествия, уведомил Конституционный суд после того, как судья Лилия Лупашко 12 января приняла ходатайство об отмене исключения о неконституционности.
Ранее прокурор по делу осудил явную попытку затягивания процесса, а адвокат пострадавшей стороны Дорин Подлисник назвал ситуацию «уловкой, юридической игрой в пинг-понг».
Никанор Чокинэ обвиняется в том, что 19 февраля 2024 года он совершил смертельный наезд на несовершеннолетнего Михая Бешлиу и скрылся с места происшествия. Согласно следствию, до того, как его задержали 21 февраля, бывший примар Болдурешт пытался скрыть следы аварии, инсценировав другое столкновение с участием поврежденного автомобиля.
Позже был задержан и сообщник Чокинэ, стоматолог Ион Андронаке. Он якобы помог Чокинэ найти автомобиль, идентичный тому, который был вовлечен в аварию, и установить номерной знак на другой машине.
До того, как стать примаром села Болдурешты, Никанор Чокинэ в течение 5 лет был начальником инспектората полиции Ниспорен.
Фото: коллаж ZdG
