(Не)ЗАВИСИМЫЕ от России: «Основная угроза» с доступом к нашим деньгам и информации
Большинство госучреждений страны управляют своими финансами и базами данных с помощью российского ПО — 1C. На другой российской платформе — TrueConf — проводятся онлайн судебные заседания. И это несмотря на то, что Россия является основной угрозой для Республики Молдова, согласно Стратегии безопасности нашей страны. Уже 4 года Россия ведет у наших границ полномасштабное вторжение.
1C является «монополистом на рынке бухгалтерского программного обеспечения» в Республике Молдова, как утверждают предприниматели, пытающиеся разрабатывать альтернативные местные решения. «1C доминирует в этом сегменте более 20 лет», — также признались госучреждения, которые платят десятки тысяч леев за лицензии, обновления и техническое обслуживание, а затем вынуждены покупать и «решения для предотвращения утечек данных» в несколько раз дороже. Вопреки частым заявлениям властей об отсутствии местных альтернатив 1C, такие решения уже существуют на рынке ПО. Один из примеров — системы, которые уже несколько лет используются Министерством обороны.
Украина запретила использование российского программного продукта 1C в государственных учреждениях после того, как Служба безопасности Украины (СБУ) пришла к выводу, что использование этого ПО представляет риск для национальной безопасности, так как у него «закрытый код, оно не подлежит независимому аудиту и может позволять несанкционированный доступ к финансовым, коммерческим и персональным данным».
В декабре 2024 года Парламент одобрил Стратегию национальной безопасности (СНБ) — документ, действующий до 2034 года, который подтверждает, что Россия является основной угрозой для нашего государства. В числе прочего документ фиксирует «гибридные операции», осуществляемые Россией в Молдове напрямую или через «местных посредников».
Что такое 1C?
1C — это российская программная платформа, разработанная в начале 1990-х годов. Первые продукты были предназначены для бухгалтерского учета (1C:Бухгалтерия), а позже появилась 1C:Предприятие — расширенная платформа для управления продажами, складскими запасами, зарплатами и производством. Российские разработчики представляют ее как модульную систему, «адаптируемую под нужды каждой организации». Так появились 1C:Архив, 1C:Зарплата и управление персоналом, 1C:Розница и др.
На практике 1C работает как конструктор LEGO: существует базовая платформа, к которой добавляются или создаются индивидуальные модули. Система состоит из двух компонентов — конфигуратора (для программистов, где «настраивается логика») и пользовательского приложения (для бухгалтеров, продавцов, менеджеров). Настройка осуществляется на собственном языке программирования, на русском языке, а платформа адаптируется под налоговые нормы различных стран, в основном постсоветских.
В более чем 300 вакансиях, размещенных в настоящее время частными компаниями на платформах по трудоустройству в Республике Молдова, работодатели указывают обязательное знание программы 1C. Госучреждения также включают в требования к бухгалтерам навыки работы с этой российской платформой.
1C — «хребет» бухгалтерского учета госучреждений Молдовы
Согласно MTender, в 2025 году сотни государственных учреждений, включая школы, лицеи, больницы, мэрии, агентства и министерства, заключили контракты на обслуживание программ «1C». Данные показывают, что среди тех, кто выбирает российское ПО, есть, например, государственная компания Energocom, которая является поставщиком природного газа для более чем 830 тысяч потребителей.
Агентство государственных услуг (АГС) — учреждение, которое владеет и управляет одной из важнейших баз данных государства, включая данные о населении, идентификации, бизнесе и имуществе, — заключило контракт на «услуги профилактического технического обслуживания АИС 1C:Бухгалтерия предприятия 8 с модулями, адаптированными для АГС, на 2026 год» на сумму более 186 тысяч леев.
ZdG направила директору АГС Мирча Ешану запрос на интервью с возможностью ответить письменно. Учреждение не приняло ни один из вариантов, ограничившись передачей «ответа», который касается общего вопроса, указанного в приглашении.
По данным АГС, использование российского информационного системы «обусловлено функциональными, экономическими и операционными соображениями» и применяется «преимущественно» для бухгалтерского учета, финансового управления и внутренней отчетности. АГС признает, что «1C доминирует в этом сегменте более 20 лет», но утверждает, что «вынуждено» прибегать к этому программному решению из-за «отсутствия информационной системы, разработанной на государственном уровне».
Согласно АГС, использование системы 1C оправдывается тем, что она «адаптирована к Национальным стандартам бухгалтерского учета Республики Молдова и позволяет составлять обязательные финансовые отчеты, так как она уже интегрирована во внутренние рабочие процессы учреждений». Представители ведомства заявили, что замена платформы «повлекла бы операционные риски и значительные затраты, включая миграцию данных и обучение персонала, в условиях, когда у бухгалтеров уже есть опыт работы с 1C, а система функционирует во внутренней инфраструктуре без автоматической передачи данных внешним субъектам».
«АГС постоянно анализирует варианты модернизации и замены используемых информационных систем в соответствии с государственными политиками, требованиями информационной безопасности и доступными финансовыми ресурсами», — говорится в ответе Управления коммуникации АГС.
Аппарат Президента также использует бухгалтерскую программу 1C, как и другие органы государственной власти, «поскольку в настоящее время это единственное программное решение, доступное на рынке Республики Молдова, которое обеспечивает полную совместимость с бухгалтерскими нормами, системами бюджетной отчетности и процедурами аудита».
Национальная касса социального страхования (НКСС) — государственное учреждение, которое управляет бюджетом социального страхования и гарантирует пенсии, пособия и т. д., — приобрела лицензии 1C для управления персоналом, зарплатой, документами и архивом в 2023 году. Все лицензии были куплены у одной и той же компании DAAC Software Systems, хотя в тендере участвовали и другие компании, предложившие более низкую цену. Лицензии на 1C:Управление документами 8 обошлись НКСС более чем в 97 тысяч леев, 1C:Зарплата и управление персоналом — в 40 тысяч леев, а 1C:Архив — примерно в 40 тысяч леев. В общей сложности в 2023 году НКСС заплатила чуть более 177 тысяч леев за программы 1C.
«Это просто можно квалифицировать как катастрофу»
Генеральный директор НКСС Елена Цыбырнэ заявила, что ПО было внедрено еще в период 2006-2008 годов. «Мы были частью проекта Всемирного банка, и внедрение платформы 1C, скажем так, было условием в рамках процедур закупок, потому что эта платформа была единственной, совместимой с информационной системой, которая была создана и внедрена в НКСС при поддержке Всемирного банка. Наша система работает на платформе ORACLE. И так как 1C была единственной совместимой платформой, тогда и было принято решение о ее внедрении», — объяснила Елена Цыбырнэ.
В октябре 2025 года НКСС организовала тендер на закупку лицензий для решений по предотвращению утечек данных. За них учреждение заплатит около 415 тысяч леев.
«Делаются инвестиции в кибербезопасность, и кроме того, инвестируя, мы проводим упражнения по проникновению в систему, в том числе в 1C, чтобы понять, является ли эта информационная система уязвимой… Мы также оценили риски. И у нас нет каких-либо рисков, которые заставили бы нас задуматься, по крайней мере, не в том смысле, чтобы предпринимать действия уже постфактум, а хотя бы допускать мысль, что возможна утечка данных или информации, которыми располагает Национальная касса… В этом году у нас 50 миллиардов леев — публичные деньги, деньги из взносов, — и каждая копейка учитывается. И мы никак не можем себе позволить… я, честно говоря, даже не хочу думать, что бы произошло, если бы случилась не то что какая-то замена, а хотя бы утечка данных из этой системы. Это просто можно квалифицировать как катастрофу», — подчеркнул директор.
Как и АГС, НКСС заверила, что система используется во внутренней инфраструктуре учреждения.
«Технологический ресурс находится у нас, он не размещен неизвестно где. ПО 1C применяется на нашем технологическом ресурсе и защищено исключительно у нас. Иностранного доступа, извне… скажем так, если представить строительство дома, то внешнего доступа с улицы внутрь дома просто нет», — заключила Елена Цыбырнэ.
«Мы предложим решения в будущем». Государство знает. Государство платит. Государство колеблется
Среди учреждений, использующих 1C, числятся также Министерство экономического развития и цифровизации (МЭРЦ) и Агентство электронного управления (АЭУ). Оба ведомства обладают полномочиями в сфере цифровизации и электронного управления и отвечают за IT-политику и решения, применяемые государственными органами, включая выявление и продвижение альтернатив этому ПО.
Министр экономического развития и цифровизации Евгений Осмокеску признал в комментарии для ZdG, что они «знают об этой проблеме». Затем мы поинтересовались, обеспокоено ли МЭРЦ зависимостью от российской платформы.
«Прежде всего нужно понимать, что вся экосистема участников бухгалтерской сферы достаточно обширна. Речь идет о частных компаниях, государственных органах, компаниях, предоставляющих бухгалтерские услуги. Четкий ответ — да, нас это беспокоит, потому что мы знаем об этой проблеме. Уже сейчас в частном секторе есть операторы, использующие другие системы по сравнению с российской. И это (возможный переход, прим. ред.) затронет как частный, так и государственный сектор Республики Молдова. Затраты достаточно высокие. Мы постепенно анализируем ситуацию и постепенно будем предлагать решения на будущее. Но да, действительно, мы учитываем эту проблему», — заявил министр Осмокеску.
В декабре 2025 года Ассоциация компаний в сфере ИКТ (АИКТ) провела рабочую встречу с депутатом Евгением Синкевичем, в ходе которой обратила внимание на «риски широкой зависимости от бухгалтерского ПО 1C». Ассоциация настаивала на «необходимости национальной стратегии перехода к безопасным решениям, соответствующим стандартам ЕС, для защиты данных и укрепления цифрового суверенитета». Директор АИКТ Ирина Ориол отказалась дать интервью на эту тему, хотя сначала согласилась.
Прецедент Украины
Весной 2025 года в Киеве президент Украины Владимир Зеленский подписал закон Украины о кибербезопасности. Впоследствии Государственная служба специальной связи и защиты информации Украины (ГСССЗИ) включила в список запрещенных программ несколько продуктов российской компании «1C». Так, украинскому государственному сектору запрещено их использовать.
В мае 2025 года украинский медиапортал из сферы ИТ DOU.ua, специализирующийся на новостях и аналитике технологической отрасли, написал, что критическая зависимость от российского ПО «порождает риски кибербезопасности, монополию на рынке более 70%, подготовку специалистов на устаревших системах и экономическую зависимость, которая прямо или косвенно подпитывает экономику России». На Ukrainian ERP Forum 2025, среди прочего, обсуждался «основной акцент на переход с 1C и необходимость отказа от устаревших систем и враждебного ПО».
Обсуждения рисков использования продуктов 1C начались в Украине после аннексии Крыма в 2014 году. В 2017 году Служба безопасности Украины (СБУ), согласно отчету, на который ссылается DOU.ua, ввела санкции против компании «1C» и запретила продажу ее программного обеспечения в стране, что впервые запустило официальный процесс ограничения использования такого рода программ в государственном секторе.
СБУ квалифицировала 1C как «шпионское ПО (spyware)» и пришла к выводу, что использование российского ПО 1C представляет риск для национальной безопасности, поскольку у него «закрытый код, оно не подлежит независимому аудиту и может позволять несанкционированный доступ к финансовым, коммерческим и персональным данным». Согласно приводимым оценкам СБУ, зависимость от серверов и обновлений, контролируемых из России, «создает уязвимость, которая может быть использована для шпионажа, саботажа или блокирования деятельности учреждений».
ZdG направила запросы информации в СБУ, ГСССЗИ и Главное управление разведки Министерства обороны Украины (ГУР), чтобы выяснить, какие риски были обнаружены в соседней стране. На момент публикации статьи учреждения не ответили на отправленные вопросы.
1C и миллионы на войну
Главным акционером группы компаний, разработавших 1C, является миллиардер Борис Нуралиев. По оценке Forbes, в 2025 году его состояние составило 1,3 миллиарда долларов.
Хотя Нуралиев не делал публичных заявлений о полномасштабном вторжении России в Украину, журналисты-расследователи выявили связи между компаниями группы «1C» и военно-промышленным сектором Российской Федерации. По данным Project Media, общая стоимость выявленных контрактов на деятельность, осуществлявшуюся в том числе на оккупированных украинских территориях, превышает 561 миллион рублей, то есть примерно 7,3 миллиона долларов.
*Project Media — это портал журналистских расследований, основанный российскими журналистами. Организация была признана властями РФ «нежелательной», а члены редакции были объявлены «иноагентами».
Данные показывают, что 1C напрямую сотрудничала, среди прочего, с Министерством обороны Российской Федерации, «Газпромом», «Роснефтью», Министерством финансов аннексированного Крыма, а также с центром «Артек» на полуострове, который находится под санкциями за депортацию и принудительное «перевоспитание» украинских детей. Центр также ежегодно «обучает» детей из Приднестровского региона.
Кроме того, ИТ-решения, поставляемые 1C, использовались предприятиями, задействованными в производстве или обслуживании отдельных видов вооружения и военной техники, применяемых российской армией в Украине, в том числе: баллистических и крылатых ракет, радиолокационных станций, используемых в системах С-400, средств военной связи, истребителей «Су-30» и навигационных систем.
Отношения Нуралиева с Кремлем начались еще в первый президентский срок Владимира Путина. Основателя 1C регулярно приглашают на обсуждения по вопросам «выявления точек соприкосновения между интересами государства и бизнеса; создания необходимых условий как в России, так и за рубежом для защиты интересов отечественных российских предприятий».
За две недели до полномасштабного вторжения в Украину Нуралиев вновь встретился с Путиным. На этот раз речь шла о расширении 1C и о принятой компанией франчайзинговой модели. Нуралиев разработал «собственную систему франшиз» вместо открытия филиалов. Иными словами, 1C сотрудничает с независимыми компаниями, которые работают под брендом 1C. Компания Нуралиева обучает партнеров, предоставляет технологии, методологии и рекламу. Партнеры, в свою очередь, внедряют продукты, осуществляют автоматизацию и делят доходы. Такая модель действует и в Республике Молдова, и в других постсоветских странах. «Это, действительно, хорошая вещь. Если чего-то не хватает, давайте подумаем», — сказал Путин основателю 1C.
На сайте компании указано, что 1C работает с пользователями через широкую сеть «партнеров», которая включает более 10 тысяч постоянных активных партнеров в 600 городах 25 стран. В Молдове партнеры 1C находятся в Кишиневе, Бельцах и Тирасполе.
Альтернатива 1C в Молдове
Хотя госучреждения Республики Молдова утверждают, что программных продуктов, способных заменить российскую платформу, не существует, Министерство обороны — одно из немногих ведомств, которое нашло и внедрило альтернативу. Она была разработана компанией «ООО Unisim-Soft», основанной в 2001 году предпринимателем Павлом Тухарь. Компания заявляет, что «успешно конкурирует с 1C» как в сегменте крупных компаний, так и среди госучреждений. Среди клиентов компании, помимо Министерства обороны Республики Молдова, — железнодорожные вокзалы Молдовы и Приднестровского региона, а также ряд частных компаний, включая завод Kvint, приватизированный холдингом «Шериф» олигарха Виктора Гушана.
«Альтернатива в Молдове есть. Это мы — и сейчас появляются и другие. Я только за. Более того, мы дали корни другим очень небольшим компаниям, которые тоже независимы от нас, но используют те же технологии — ORACLE, то есть мы не зависим от 1C. И если нам сейчас скажут, что нужно перейти (с 1C, прим. ред.), мы как-то организуемся. Я не хочу такой работы… это был бы колоссальный стресс, но мы справимся», — рассказал Тухарь.
О рисках использования программного обеспечения 1C Тухарь предпочел сказать через пример: «В Украине после 2022 года мы общались с одним крупным агрохолдингом из Запорожья. У них в 1C была внедрена не только бухгалтерия — туда вносились все поля, которыми они управляли, с GPS-данными. Было видно, какие инвестиции делаются в эти поля, и агрессор получал информацию о том, куда направить ракету — туда, где вложено больше всего, потому что так наносится наибольший ущерб».
Министерство обороны: «Неизвестно, что делает решение или ПО скрытно, внутри базы данных, где хранится информация»
Министерство обороны Республики Молдова выбрало локально разработанное программное обеспечение — альтернативу 1C — еще до полномасштабного вторжения России в Украину, в 2021 году. Тогда ведомство решило унифицировать бухгалтерский учет. «1C больше не отвечал потребностям учреждения, были определенные ограничения в области безопасности и прозрачности. В частности, отсутствовал полный доступ к программному коду и внутренним механизмам ПО. Неизвестно, что делает решение или ПО скрытно, внутри базы данных, где хранится информация… Этот аспект нас всегда беспокоил. Мы приняли это решение еще до войны. Война не была причиной — она лишь ускорила некоторые процессы», — пояснил Максим Тылту, главный офицер Управления ресурсного менеджмента Генерального штаба Национальной армии.
По словам представителя Министерства обороны, выбор нового программного обеспечения был обусловлен рядом преимуществ: «Мы размещаем решение у себя, сами им управляем, и оно разработано локально — экономическим агентом из Республики Молдова… Оно гораздо более масштабное, формирует более сложные отчеты, а 1C не удовлетворял наши потребности».
Монополия 1C
Местные разработчики заявили, что 1C является «монополистом на рынке бухгалтерского программного обеспечения» страны. Траян Киврига, основатель стартапа Sirius, сказал, что разработанный ими продукт позволяет малому и среднему бизнесу управлять финансами с мобильного телефона.
«Мы выполняем некоторые процессы лучше, чем 1C, но не все. 1C — это очень большой продукт, который развивался на протяжении 30 лет и неоднократно адаптировался. Поэтому, если задаться вопросом, являемся ли мы прямой альтернативой, ответ — нет. Но мы хотим ею стать», — заявил предприниматель, добавив, что Sirius разработал решение, в котором «можно с мобильного телефона сфотографировать бумажные счета и в один клик загрузить их на платформу». Эти документы анализируются и обрабатываются с помощью ИИ, а также существует возможность создать файл, который затем можно загрузить в 1C.
«Мы можем помогать как бухгалтерам, так и предпринимателям, упрощая процессы управления. А что касается 1C или государственной политики, честно говоря, я не считаю, что государство должно прийти и сказать: „Мы запрещаем 1C”. Я думаю, что государству нужно просто продвигать существующие альтернативы и помогать нам на уровне популяризации, а дальше позволить нам доказать, что мы можем создать нечто гораздо лучшее», — отметил Траян Киврига.
Киврига считает, что «мы являемся заложниками этого программного обеспечения». «Это монополия. Я думаю, более 98% всех компаний в Молдове управляются с помощью этого ПО. Все финансовые данные — каждая транзакция, каждая зарплата, каждый платежный счет, каждый дивиденд, кто и сколько денег получил — все эти данные находятся там. Есть много новостей о том, что, возможно, происходят утечки данных к не самым добросовестным игрокам. И мы — заложники просто потому, что это ПО настолько глубоко укоренилось в молдавской финансовой системе, что его даже преподают и изучают в университетах», — подчеркнул он.
TrueConf: правосудие на российской платформе
«Заложниками» экосистемы 1C являются и суды Республики Молдова, которые, помимо российского бухгалтерского ПО для финансового учета, также пользуются приложением, разработанным в Российской Федерации, для проведения судебных заседаний в формате видеоконференций.
В ноябре 2025 года в публичном пространстве началась дискуссия о том, что суды Молдовы используют для дистанционных слушаний российское приложение TrueConf. Впервые об этом сообщил адвокат Александр Бот, эксперт Watchdog.
«Я участвую в деле, где механизм видеоконференции используется почти на каждом заседании, и из простого любопытства я спросил, какое приложение мы используем. Честно говоря, я думал, что это привычные приложения — Viber, WhatsApp. Однако мне ответили, что используется российское ПО. Это сказал прокурор, мой процессуальный оппонент по делу: „Да, это приложение TrueConf российского происхождения”», — рассказал Александр Бот.
Согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц Российской Федерации, компания, разработавшая платформу для видеоконференций, была основана в 2017 году, и ее юридический адрес находится в Москве.
По мнению Бота, как минимум с 2022 года, с началом войны в соседней стране, было «желательно» задаться вопросом: «Не пора ли нам перейти на другую платформу?» Он объяснил свои опасения тем, что в судах рассматриваются важные детали, государственные тайны, коммерческие секреты. По его мнению, «не следовало бы, чтобы эти важные, а порой и засекреченные данные проходили через сервисы российского происхождения, ведь мы можем столкнуться с тем, что эта важная информация окажется в чьих-то руках».
Когда дискуссия началась, Министерство юстиции объяснило, что платформа защищена СИТКБ, что должно предотвратить возможные утечки данных, а также что «постепенно осуществляется переход на другие программные решения».
«Я не слишком верю, что поставщики таких платформ разрешили нашим структурам, знаете, вот так непозволительно копаться в исходном коде этого ПО. У меня большие вопросы в этом плане. Как вообще они могут утверждать, что это ПО было защищено? Если, например, говорить о пенитенциарных учреждениях, то да — на определенном уровне или в закрытом канале можно говорить о наличии барьеров, которые обеспечивают, чтобы важная информация не уходила куда-то еще. Но когда мы говорим, например, о допросе свидетелей, потерпевших через это приложение — ведь не государство дает тебе ссылку на скачивание приложения, ты сам напрямую скачиваешь его из Google Play или Apple Store. Тогда где роль нашего государства в обеспечении безопасности этой коммуникации на том конце, где находится человек, не являющийся частью государственных структур?» — риторически спросил адвокат.
Другой адвокат Андрей Доменко в январе 2026 года также рассказал о своем взаимодействии с системой видеоконференций в судах.
«Технический уровень систем видеоконференций в большинстве пенитенциарных учреждений и судов Республики Молдова, к сожалению, оставляет желать лучшего с точки зрения качества звука и изображения. Из профессиональной практики часто фиксируются проблемы со слышимостью, задержки, искажения или прерывания связи, что влияет на четкое восприятие вопросов и ответов», — написал он в Facebook.
TrueConf — подарок от USAID
Когда началась дискуссия об использовании российского ПО, Министерство юстиции упомянуло участие «международных партнеров» в процессе внедрения системы видеоконференций. Оборудование и лицензии TrueConf были переданы в дар Агентством США по международному развитию (USAID), ликвидированным администрацией Трампа. Эту информацию подтвердил и нынешний директор Агентства цифровизации в юстиции и судебном администрировании (ADJAJ) Дмитрий Даря. «Было решено инициировать процедуру закупки в 2019 году, и она координировалась этими партнерами. С точки зрения оптимального соотношения качества и цены было решено, что именно это приложение должно быть объявлено победителем», — отметил директор ADJAJ.
Только Республика Молдова и Казахстан используют платформу TrueConf. Так, например, с ее помощью была допрошена Евгения Гуцул, башкан Гагаузии, приговоренная к семи годам лишения свободы за то, что в 2022 году, занимая должность секретаря бывшей Партии «ШОР», она якобы сознательно приняла финансирование бывшего политформирования за счет денежных средств, поступивших от организованной преступной группы, преимущественно из Российской Федерации.
«С 2019 года и по сей день обслуживание данной платформы находилось исключительно в ведении СИТКБ. Особенно после начала российско-украинской войны, когда началось российское вторжение, СИТКБ в целом практически полностью прекратила любое внешнее расширение TrueConf и, по сути, взяла на себя функцию единоличного обслуживания, как агентство, уполномоченное на предоставление таких услуг», — пояснил директор ADJAJ. Он отметил, что дополнительные лицензии впоследствии не закупались.
ZdG спросила у министра юстиции Владислава Кожухарь, почему необходим переход на другие платформы, если утверждается, что эта платформа является защищенной. В ответ министр указал на ряд недостатков: «Мы говорим об одном и том же встроенном переводе, о разработке стенограмм и, почему бы нет, о модулях искусственного интеллекта. Все это можно найти в других решениях, которые являются гораздо более производительными и гораздо более… и гораздо более полезными».
О недостатках высказался и директор ADJAJ, который заявил, что TrueConf не обеспечивает публичность судебного процесса.
«TrueConf была и остается довольно жесткой платформой. На это нам указала и Комиссия Европейского союза в рамках двустороннего скрининга, в частности по одному из критериев, где было отмечено, что TrueConf не обеспечивает публичность процесса, что является обязательным требованием в судебных разбирательствах. Это стало одним из оснований для миграции на публичную платформу с обеспечением открытого характера судебных процессов», — подчеркнул Дмитрий Даря.
Такие страны, как Швейцария, Великобритания, Италия или Германия, используют Skype, Zoom или другие аналогичные платформы. Тем не менее, несмотря на европейские реалии и обещания перехода на альтернативные платформы для оснащения всех залов оборудованием, бывший директор ADJAJ Сорин Попеску среди прочего планировал закупку дополнительных лицензий TrueConf с целью расширения системы видеоконференций. Однако дополнительные лицензии так и не были приобретены.
Стоимость расширения и миграции
Отчет 2023 года, подготовленный в рамках проекта «Модельные суды», прямо проанализировал сценарий, при котором все залы судебных заседаний были бы оснащены оборудованием для видеоконференций, а в качестве альтернативы внутренней системе TrueConf использовались бы открытые платформы (Zoom, Google Meet, Webex, Microsoft Teams).
Авторы пришли к выводу, что с финансовой точки зрения использование Zoom, Google Meet, Webex или Microsoft Teams в перспективе влечет за собой более высокие затраты. «В отличие от приложения TrueConf, лицензия на которое оплачивается один раз и не имеет ограниченного срока действия, альтернативные лицензии имеют ограниченный период использования, что приводит к дополнительным расходам на их регулярное приобретение», — говорится в отчете, который рекомендует создание Высшим советом магистратуры (ВСМ) рабочей группы для оценки необходимости расширения и оснащения судов оборудованием для видеоконференций.
ВСМ заявляет о «необходимости диверсификации технических решений»
Председатель Высшего совета магистратуры (ВСМ) Сергей Караман сообщил ZdG, что в бюджете судов на 2026 год «предусмотрены расходы на приобретение 24 комплектов оборудования для видеоконференций». Одновременно совет поддерживает «необходимость диверсификации технических решений, чтобы суды располагали функциональными альтернативами для проведения дистанционных заседаний». На данный момент имеется «ограниченное количество лицензий Zoom, используемых на центральном уровне», и при этом не все суды располагают такими лицензиями — пока что закупили только 2 в Бельцах.
«ВСМ считает обоснованными опасения, высказанные в публичном пространстве относительно информационной безопасности государственных учреждений. В то же время он подчеркивает, что функционирование системы правосудия предполагает как непрерывность, так и технологическую адаптацию; информационная безопасность не сводится лишь к работе камеры и микрофона, а является постоянной целью, которая должна достигаться посредством государственной политики, бюджетных средств и адекватных технических решений», — написал Сергей Караман в ответе на запрос информации ZdG. Он добавил, что использование TrueConf или других технических решений судами «обеспечивает соблюдение принципа публичности судебного процесса, предусмотренного национальным законодательством и подтвержденного, в том числе, в рамках процедуры оценки (скрининга), проведенной Европейской комиссией».
Позиция европейских партнеров
ZdG обратилась к вице-премьер-министру по вопросам европейской интеграции, главному переговорщику Кристине Герасимов с вопросом о том, что думают европейские партнеры об использовании госучреждениями ПО российского происхождения в условиях, когда Республика Молдова находится в процессе приведения своих стандартов в соответствие с европейскими.
«В двусторонних обсуждениях, которые мы ведем с Европейской комиссией, мы говорим о глубоких преобразованиях, через которые должна пройти наша страна. Нет конкретных, четко определенных стандартов в этой сфере, которые обязана использовать та или иная страна-кандидат. Речь идет о выявлении и устранении тех уязвимостей, которые есть у страны-кандидата в процессе подготовки к вступлению. Этот аспект является уязвимостью для нашей страны, и эту уязвимость предстоит устранять в ближайшие годы», — отметила Кристина Герасимов.
Молчание учреждений, отвечающих за информационную безопасность
ZdG направила директору Службы информации и безопасности (СИБ) Александру Мустяцэ приглашение на интервью по теме зависимости от российских платформ и связанных с этим рисков. Представители, отвечающие за коммуникацию со СМИ, сообщили, что проведение такого интервью невозможно «в связи с загруженным графиком руководства учреждения». Позднее, после предложения ZdG направить вопросы в письменном виде, нас перенаправили в Службу информационных технологий и кибербезопасности (СИТКБ).
Первое официальное обращение Ziarul de Gardă в СИТКБ датируется 18 декабря. После нескольких дней, в течение которых учреждение не подтверждало получение запроса, представители СИТКБ попросили повторно направить сообщение. Для рассмотрения возможности предоставления интервью они предварительно запросили список вопросов, а после отказа ZdG направить их уточнили, что предоставят лишь письменный ответ. Несмотря на заверения, что позиция будет изложена еще 5 января, на момент публикации данного материала учреждение так и не отправило ответа, превысив установленный законом срок.
Бывший директор СИТКБ: «В мирное время никто не задается такими вопросами»
Ввиду невозможности пообщаться с нынешним руководством СИТКБ, ZdG побеседовала с бывшим директором учреждения Александром Корецки. Он занимал эту должность с 2023 года по июнь 2025 года. Александр Корецки подтвердил, что TrueConf была «отключена» от материнской платформы в РФ: «Это ПО было приобретено с бессрочной лицензией. Что это означает? Нет необходимости в регулярных обновлениях, а значит — нет обязательства открывать какие-либо каналы связи. Сейчас это платформа, полностью размещенная в инфраструктуре СИТКБ, со всеми возможными механизмами тестирования, так как информационная и кибербезопасность этого продукта, который предоставляется госучреждениям, периодически проверяется. Насколько качественно проводятся эти проверки — это уже другой вопрос».
Говоря о 1C, Александр Корецки подчеркнул, что помимо возможных киберрисков, использование российского программного обеспечения порождает и «ненужные» расходы. По его словам, когда, к примеру, школе требуется обновление, она вынуждена индивидуально обращаться к компании по обслуживанию для внедрения изменений, которые на самом деле одновременно необходимы всем учебным заведениям, использующим эту платформу. При отсутствии централизованного решения каждое учреждение отдельно направляет один и тот же запрос и отдельно оплачивает одну и ту же услугу.
«Нужно переосмысление. Мы росли, скажем так, естественным образом. С 2014 года мы начали в большей степени осознавать риски. В мирное время никто не задается такими вопросами. Пока ты находишься с соседями в унисоне, никто не хочет инвестировать в меры предосторожности. Риски устраняются за счет финансов, в зависимости от серьезности возможного ущерба. Все меняется. То, что мы не всегда осознаем эти риски, — наша слабость… Конечно, люди знают о рисках, но принимают их», — сказал Александр Корецки, отвечая на вопрос о том, может ли и в какой степени СИТКБ предотвратить потенциальную уязвимость госучреждений, использующих такие российские платформы, как TrueConf или 1C.
