Митрополит и женщины

Я впервые преступила порог церкви, когда моя бабушка Домника отвела меня туда за руку. Наверное, мне было примерно 5 лет. Так как советская власть закрыла церковь в нашем селе, ближайшая церковь находилась в 4—5 километрах от нас, в соседнем селе Питушке. Для ребенка это был не очень увлекательный опыт. Пришлось пройти пешком столько километров, затем простоять на службе, на ногах, без права на активность – нельзя было резвиться, разговаривать, пить воду, выходить. Потом – сделать тысячи шагов обратно в соседнее село. Из-за трудной дороги на эти службы я навсегда запомнила некоторые моменты: в церковь в основном приходили женщины, в церковном хоре в основном пели женщины, с церковью детей знакомили в основном женщины, за храмами в основном ухаживали женщины, а выпечкой просфоры, насколько мне известно, занимались только женщины. Разумеется, священниками всегда были только мужчины.

С тех пор, с детства, и по сей день в моем уме женщины оставались нерушимыми церковными столпами, без которых, наверное, многие храмы полностью лишились бы смысла.

Я знаю много случаев, когда женщины обращались в церковь, к священникам, с просьбой помочь им в общении с жестокими мужьями. Я не сомневаюсь, что где-то священники помогли решить эту проблему, но в случаях, о которых я знаю, хороших результатов не было. И в этом виноват не священник – как правило, жестокий человек не ходит в церковь, не верит в Писание и не живет по Библии. И тогда крайне трудно исправить поведение человека, с которым вы не встречались, который не разделяет ваших ценностей и не считает вас авторитетом.

Меня очень огорчила позиция Молдавской митрополии по поводу ратификации Стамбульской конвенции (Конвенция Совета Европы о предотвращении и борьбе с насилием в отношении женщин и домашним насилием).

Как Митрополия может не осуждать тех, кто бьет женщин и детей, издевается над детьми или насилует их, а также тех, кто убивает пешеходов на пешеходных переходах, торгует оружием и использует его, устраивает охоту в «Пэдуря Домняскэ» и стреляет друг в друга, ворует государственные средства и оставляет пенсионеров умирать с голоду? Почему Митрополия решила осудить именно эту конвенцию?

В конце концов, Республика Молдова подписала десятки международных договоров и конвенций, но Митрополия не сказала ни слова по поводу соглашения об атомной энергии, соглашения о гуманитарном праве или соглашения о космосе. И не должна была, ведь Республика Молдова – это светское государство, и ни один из этих договоров не касается жизни церкви. И Стамбульская конвенция не помешала богослужениям ни в одном из нескольких десятков государств, которые ратифицировали ее.

Мир все время развивается. Даже Церковь сильно изменилась. Это уже не та организация, которая сожгла на костре Джордано Бруно за то, что он сказал о бесконечности Вселенной, которая приговорила к пожизненному домашнему аресту Галилео Галилея за то, что он заявил, что Земля вращается вокруг Солнца, которая запретила книги Коперника и оспаривала открытия Ньютона. Со временем Церковь наряду со всем обществом согласилась с достижениями науки, а сейчас культовые сооружения и жизни священников невозможно представить без технологий, Интернета и современного оборудования.

Изменилось и отношение церкви к насилию. Французская католическая церковь, например, так успешно сотрудничала с государством, что недавно взяла на себя обязанность сообщать в полицию о случаях насилия, о которых становится известно во время исповеди прихожан.

Сообщество католических епископов США давно опубликовало сообщение в поддержку жертв домашнего насилия. В публикации под названием «Когда я взываю о помощи: пасторский ответ на домашнее насилие над женщинами» говорится, какие шаги должен сделать пастор, церковный служащий, когда он узнает о случае домашнего насилия: 1) позаботиться о безопасности женщин и детей; 2) постараться привлечь насильника к ответственности; 3) помочь наладить отношения (если это возможно) или помочь сторонам пережить разрыв отношений.

Я уверена, что есть священники, которые дорожат этим столпом Церкви – женщинами. Конечно, они хотят, чтобы их прихожанки были здоровыми и удовлетворенными духовно и поэтому помогают им, когда их жизнь и здоровье в опасности. Наверное, священники могли бы привлечь в Церковь и жестоких мужчин, которые тоже остались одни перед лицом хронических проблем: миграции, алкоголизма, психологических трудностей, дефицита общения, безработицы, бедности, стереотипов. Есть столько проблем, влияющих на мужчин, а Церковь считается той частью общества, которая никого не осуждает и помогает самым слабым.

АЛИНА РАДУ
Вы также можете подписаться на нас в Telegram, где мы публикуем расследования и самые важные новости дня, а также на наш аккаунт в YouTube, Facebook, Twitter, Instagram.

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *