Кишинев – Бэлчана: два подхода к выходу из карантина

Жители Республики Молдова по-разному понимают ослабление карантинных мер. В селе Бэлчане, в котором был зарегистрирован первый случай смерти, и которое первым оказалось на карантине, люди осторожны и не особо покидают свой двор, даже когда им это разрешили.

В Кишиневе же улицы, парки и общественный транспорт переполнены людьми, а некоторые из них отказываются надевать защитные маски и говорят, что все это выдумка.

«По двору, в обход к животным в маске и перчатках»

В Бэлчане полдень, но на сельских улицах ни души. Страх перед коронавирусом держит людей во дворах. В селе тишина и словно обитает страх.

Лишь в магазине в центре села мы встречаем двух пенсионерок Акулину и Иляну – бывших одноклассниц. Иляна пришла с другого конца села в магазин – единственный сельский торговый центр, открытый во время пандемии. Акулина живет вблизи магазина. Женщины увидели друг друга через забор и сели пообщаться.

«Мы вышли ненадолго, вырвались на свободу как после войны»‎, – заявляют женщины, как только мы здороваемся. Они говорят, что во время карантина не выходили даже во двор, потому что услышали, «что болезнь первым делом атакует пожилых».

«Господи, мне даже не верится, что мы живем в такое время. Как только я выходила во двор, то надевала маску и перчатки. По двору, в обход к животным я шла в маске и перчатках, можете поверить?» спрашивает Акулина так, словно сама и ответит.

Иляна рассказывает, что карантин застал ее врасплох, но благодаря мэру она не умерла от голода. «У меня дома почти не было запасов продуктов, но мэр позаботился о каждом, и мы очень ему благодарны. Он дважды ездил по селу на машине и развозил всем рис, макароны, муку и даже молоко», – с признательностью говорит Иляна.

Иляна и Акулина, село Бэлчана Хынчештского района
Фото: Екатерина Александр

«И мыло, и посуду все дал нам примар», добавляет Акулина.

«Да, он дал нам и дезинфицирующую жидкость. Я опрыскиваю двор каждое утро», добавляет Иляна. Акулина делает так же.

Позднее мы позвонили, чтобы узнать, на какие средства стала возможной помощь местным жителям. Юрий Пасат заявил, что помощь оказала партия, к которой он принадлежит, а также некоторые экономические агенты в Хынчештах.

«ПДС перевела сумму в 30 000 леев на покупку продовольственных продуктов. Позже экономический агент предложил нам хлеб и картофель. И районный совет помог, чем смог», отметил Юрий Пасат.

Воскресный солнечный день, но на улице почти никого не увидишь. Иляна уверяет нас, что во время карантина село было еще более пустым.

«С глаз долой эту болезнь»

«Я вообще не выходила из двора, даже к колодцу за водой. Мы сделали запасы в первые дни, а потом сидели тихо, каждый в своем дворе», говорит она.

Акулина вспоминает день, когда встретилась в церкви с женщиной, которая спустя несколько дней стала первой жертвой, скончавшейся от COVID-19.

«Я стояла возле Оли, но видела, что она чувствует себя плохо, и нашла ей место, чтобы она села. Через несколько дней я услышала, что Оля заболела коронавирусом. Я испугалась

Семейный врач все время мне звонил и спрашивал о здоровье».

«Но как я плакала, когда узнала, что бедняжка умерла», признается женщина.

«С глаз долой эту болезнь, в пустыню, но даже туда нельзя, ведь и там есть живность. Пусть сгинет, чтобы о ней больше не слышали», добавляет Иляна.

Женщины считают, что и после 15 мая следует «держать ухо востро». «Если мы не будем беречься, то кто о нас позаботится? Может быть даст Бог, и пройдет беда. Нужно оставаться дома. Вот если бы Кишиневская молодежь слушалась и не ходила в парки, то, может быть, мы бы спаслись от бедствия», рассказывает Акулина в контексте того, что услышала в новостях.

И, так как первое правило борьбы с COVID-19 – оставаться дома, женщины как раз направились домой.

На более нижней улице беседуют еще две женщины, но на расстоянии в несколько метров друг от друга.

«Несчастье погубило Олю, а не только коронавирус»

Обеих зовут Верами. Женщины обсуждают сельскохозяйственные работы. «Нужно опрыскать виноградник. Мы вышли посоветоваться, но близко не подходим. Мы стоим на расстоянии в несколько метров друг от друга, как говорят в новостях», объясняют женщины.

Женщины, которых зовут одинаково – Вера

Одна из них рассказывает, что очень боялась с тех пор, как «началась чума».

«Все дети уехали за границу, и я одна-одинешенька, никого нет в стране. Я не боялась умереть, но боялась, что умру, и некому будет поставить мне свечку. Говорю вам, я не могла спать ночами, думая, что умру, и никто меня не найдет, никто не проводит, как бедную Олю», говорит она, и ее душат слезы.

Оля (умершая женщина) была ее племянницей.

«Нам нельзя было проводить ее как следует. Только трое мужчин отвезли ее на кладбище. В одежде, в которой она была в больнице, так и похоронили бедную Олю», грустно оплакивает ее Вера.

«Несчастье погубило ее, а не только коронавирус. Ее сын умер до этого, ему было 35 лет. Как матери жить с такой болью?» задается вопросом другая Вера.

«Мы как можно чаще моем руки, так часто, что они потрескались»

Женщины надеются, что с 15 мая, когда заканчивается действие режима чрезвычайного положения, они больше не будут вспоминать о страхе и коронавирусе. Для этого они каждый день возносят молитвы небесам, хоть церковь и закрыта.

«Сегодня я слушала богослужение по телевизору. Я встала на колени и сказала так: Господи, дай здоровья всем людям. Услышь меня, Господи, отведи болезни и выбрось их, чтобы человек не знал их, и они его не знали».

«Бог поражает нас болезнью и засухой, все на нас, но мы лелеем надежду, что Господь смилуется», сквозь слезы говорит другая женщина.

О дожде молится и Василий. Он возвращался со сбора черемши и крапивы для цыплят. Мужчина утверждает, что в его семье строго соблюдают правила, введенные властями.

«Мы спим раздельно, я серьезно. Мы стараемся как можно чаще мыть руки, так часто, что они потрескались», – рассказывает мужчина.

Василий, село Бэлчана Хынчештского района
Фото: Екатерина Александр / ZDG

«Придется изменить свое поведение и беречься. Мы просим врачей лечить нас, но сейчас они просят нас беречься», добавляет мужчина.

Мужчина признается, что опустевшее село страшит его, но еще больше пугают новости о смертях от COVID-19.

«Большой страх в нас вселился, в селе не видно движения. Я стараюсь не особо смотреть новости», рассказывает местный житель.

«У меня было подозрение на COVID-19»

У Марии – другой местной жительницы – было подозрение на коронавирус. Женщина работает в школе. По ее словам, она контактировала с семейным врачом. Врача госпитализировали, а тем временем у Марии и ее сына наблюдались повышенная температура и кашель. Они поехали в Кишинев.

Мария с подозрением на Covid-19, село Бэлчана Хынчештского района
Фото: Екатерина Александр / ZDG

«Меня госпитализировали на два дня для тестирования. Сын остался в больнице на четыре дня», вспоминает Мария.

Женщина говорит, что, пока она ждала результатов, дни тянулись мучительно медленно, а страх и паника все усиливались.

«Было 9 с чем-то вечера, когда нас на скорой отвезли в Кишинев. И там были не только мы, а множество людей. Мы долго ждали, пока нас госпитализировали. Потом мы долго ждали повторных тестов. Это разрушает психически и наносит травму, которая останется на всю жизнь», объясняет женщина.

В конце концов, после повторных тестов как Мария, так и ее сын вернулись домой. Результаты оказались отрицательными. Далее мать и сын старались соблюдать карантинные условия.

«Не только мы были собранными, но и все село. На дорогах не было ни души. Казалось, мы были одни на всей земле», добавляет Мария.

На выезде из села наше внимание привлекает информационная вывеска перед воротами: «Продаем рассаду». Мы останавливаемся и стучимся в ворота.

— Добрый день. Вы продаете рассаду?

— Да, а что, нельзя? – быстро спрашивает хозяйка дома.

Вера и Ион выращивают рассаду овощей в селе Бэлчане Хынчештского района
Фото: Екатерина Александр/ ZDG

Вера и Ион годами выращивают рассаду овощей. В другие годы они продавали ее на рынке. Но этой весной пандемия расстроила их планы, и поэтому они вывесили объявление у ворот. В этом году рынок будет в селе.

«Мы подумываем продавать в селе, но еще ничего не продали. Большая засуха, а еще есть страх перед болезнью. Люди попрятались в своих дворах», говорит нам Ион.

Они тоже немногословны, так что желают нам здоровья и закрывают ворота…

Так заканчивается наша поездка в Бэлчану.

___________________

Кишинев «Нет коронавируса»

Если в Бэлчане мы встретили напуганных и осторожных людей, то в понедельник в Кишиневе, где ежедневно подтверждается больше всего случаев заражения COVID-19, наряду с ослаблением ограничений некоторые жители, кажется, тоже немного расслабились.

В Кишиневском троллейбусе: «‎Нет коронавируса!»‎
Фото: Екатерина Александр / ZDG

Троллейбусы и автобусы вернулись к нормальному режиму работы в присутствии кондукторов и с оплатой проездных билетов. Чтобы уменьшить эпидемиологический риск передачи инфекции COVID-19, ношение защитных масок в транспорте стало обязательным.

Мы сели в несколько случайных троллейбусов, а среди пассажиров были как ответственные люди, так и нарушители правил. Многие из них носили маски… в карманах.

На вопрос о том, почему он не в маске в общественном транспорте, молодой человек демонстративно вытащил ее из кармана, но заявил, что не носит ее, поскольку коронавируса не существует.

«Нет коронавируса, есть только глупость у людей в голове», подчеркнул молодой человек.

По его словам, зарегистрированные до сих пор смерти не связаны с COVID-19, а скорее произошли по воле случая.

«Я не боюсь коронавируса», добавил он.

«Мне надоело носить маску»

Женщина оправдалась тем, что ей надоело весь день ходить в маске. «Сейчас я вышла с работы. Мне надоело весь день носить ее».

И если некоторые пассажиры не боятся, то кондукторы боятся заразиться коронавирусом нового типа, но бессильны перед небрежным отношением людей.

«Я говорю им, что следует надевать маску, но я не могу ругаться с каждым пассажиром», сообщила нам кондуктор. «Одни верят в опасность заболевания, другие не верят, но я не могу драться с ними, чтобы они вышли, если у них нет маски», заявила другая кондуктор.

В парках вновь открылись киоски на колесах. Продаже кофе дали зеленый свет. Разрешается ходить в парки, но группами не более трех человек. Сквер Кафедрального собора вернулся к жизни и переполнен.

«Коронавирус это просто политика и экономика»

На скамейке громко разговаривают двое мужчин, которые не соблюдают социальную дистанцию.

Один из них считает, что этот карантин приносит больше вреда, чем пользы. А раз погода хорошая, то «следует бороться с вирусом под солнцем».

«Эта тактика оставаться дома неправильная. В таком случае болезнь придет, хочешь ты того или нет, и не только коронавирус», убежден мужчина.

В Кишиневском парке: «Коронавирус – это просто политика и экономика»‎
Фото: Екатерина Александр / ZDG

Он также заявляет, что коронавирус был всегда, а происходящее сейчас – «это просто политика и экономика».

Об экономике нам также говорит женщина, но она имеет в виду отрицательные последствия коронавируса в экономике.

«Экономика мертва, и поэтому я жду не дождусь, когда можно будет выйти на работу. Я работаю удаленно, но я более продуктивна, когда работаю в офисе», рассказывает женщина.

В Кишиневском парке: «Мы хотим на работу!»
Фото: Екатерина Александр / ZDG

Ны выходе из парка нас издалека приветствует мужчина в маске. Он сообщает, что согласен пообщаться с нами, но только при соблюдении дистанции.

Мужчина отмечает, что он «дисциплинированный и серьезный, поскольку соблюдает все законы заболевания».

«Я надеваю маску, а когда вхожу в дом, обрабатываю руки этиловым спиртом и обязательно мою их», утверждает мужчина.

Он также полагает, что самое трудное позади, и что мы избавимся от коронавируса еще до 15 мая.

«Коронавирус закончится после 9 мая, после Дня Победы, и закончится победой», – добавляет мужчина.

Ослабление ограничений не означает исчезновение вируса

С другой стороны, медицинские эксперты отмечают, что ослабление ограничений не означает, что вирус исчез, поэтому следует оставаться бдительными.

Алла Токарчук, эксперт в сфере общественного здравоохранения.

«У нас у всех был перерыв, который позволил системе здравоохранения подготовиться и отреагировать на эпидемию. Нам удалось слегка замедлить распространение вируса, но не полностью остановить.

Хотя и разрешено вновь открыть магазины и парки, это не значит, что эпидемия закончилась. Мы должны продолжать ходить в масках и перчатках, продолжать тестировать всех, у кого есть подозрение, разделять пациентов, но мы выйдем на работу.

У нас есть дети и повседневные потребности, кредиты в банках, земля для возделывания и многие другие обязанности. Все следует делать осторожно, осознавая, что вирус подле нас», объясняет Алла Токарчук, эксперт в сфере общественного здравоохранения.

«Мы будем жить с COVID-19 как минимум 2 года»

По словам Аллы Токарчук, вирус не исчезнет даже после 15 мая, а лишь тогда, когда появится вакцина от COVID-19.

«Вирус не исчезнет, мы будем жить с ним еще как минимум два года. Мы избавимся от вируса только тогда, когда все переболеем им, или когда появится вакцина. Одно из двух»‎, подчеркивает Алла Токарчук.

Именно поэтому эксперт в сфере общественного здравоохранения дала несколько рекомендаций:

  • Соблюдайте правила личной гигиены и гигиены жилища!
  • Соблюдайте социальную дистанцию!
  • Пользуйтесь масками и перчатками в общественных местах!
  • Перчатки следует надевать дома. По возвращении перчатки следует класть в пакет, а затем выбрасывать в урну. Затем следует сразу же вымыть руки.
  • Если вы используете хлопковые маски, то после использования стирайте их при 60 °C, а затем гладьте.
  • Заботьтесь о членах семьи, а особенно о пожилых людях!

По данным Worldometer.com, на мировом уровне число случаев заражения коронавирусом нового типа превысило три миллиона, а число смертей достигло 207 118. В то же время 882 772 человека в мире вылечились.

Марина ГОРБАТОВСКИ

Видео/фото: Екатерина АЛЕКСАНДР

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *