Помещик из села президента

Александр Додон, собственник отеля «Президент» в Кишиневе и односельчанин президента Игоря Додона, начал бизнес в сфере сельского хозяйства в своем родном селе – Садова, Каларашского района. Он возводит свой бизнес на юго-восточной окраине села, на месте садов, посаженных в советское время. С роспуском колхозов сады оказались, будучи поделены, во владении селян, в форме долей. В последние месяцы Александр Додон пытался объединить эти земли, покупая их у местных жителей. Однако некоторые садовяне говорят, что он оказывает давление на тех, кто не хочет продавать свою землю, но избегают открыто говорить об этом, мотивируя тем, что им страшно. «Никакого давления не оказывается», – утверждает Александр Додон.

«Несколько лет назад Александр Додон (не брат президента), владелец знаменитого отеля «Президент», начал покупать/арендовать земли в селе Садова. Сначала он «арендовал» сельский пруд с первоначальной идеей его реабилитации и благоустройства места для населения села. Через некоторое время пруд был огорожен, доступ к пруду и прилегающим дорогам был запрещен. Были построены домики для отдыха. Позже он начал покупать земли, прилегающие к его родительскому дому, часто используя незаконные методы. Например, дом мужчины, который не хотел его продавать, был снесен, когда тот был в отъезде. Мужчина умер от сердечного приступа вскоре после того, как узнал новость.

Теперь А. Додон начал захватывать земельные участки, прилегающие к пруду. Ходят слухи, что он хочет «объединить» свой дом с прудом, что означает почти 25% старого села. И в этом случае он использует незаконные методы. Тем, кто не хочет продавать свои земли, вырубают деревья/сады/виноградники и говорят, чтобы они пришли и убрали дрова с собственного участка. Я прошу вас помочь жителям Садова вернуть/сохранить свои поместья, которые у них были на протяжении всей жизни», – говорилось в сообщении, пришедшем на адрес редакции в конце марта. Однако отправитель попросил, чтобы мы сохранили анонимность.

В пятницу, 17 апреля, команда ZdG прибыла в Садова. Мы побеседовали с местными жителями, властями, а также с рабочими, которые убирают деревья и готовят почву для новой плантации.

Общий страх жителей села

Большинство местных жителей, которых мы встретили на улицах села, отказывались говорить или говорили шепотом, когда их спрашивали о земельных участках, купленных Александром Додоном. Хотя они не могли сказать нам, что именно может произойти, несколько садовян сказали нам, что они «боятся» говорить о том, каким образом Александру Додону удалось убедить так много собственников уступить свои участки. Побеседовав с местными жителями, мы узнали о нескольких случаях и имена лиц, которые, по их словам, не хотели продавать земельные квоты, но были поставлены перед свершившимся фактом, будучи вынуждены, в конце концов, отказаться от пахотной земли, виноградника или сада – имущества, которыми они владели в течение многих лет после роспуска колхозов. Так, мы узнали, что накануне нашего визита в Садова рабочие, нанятые Александром Додоном, срубили все деревья на участке женщины родом из села, не имея никакой договоренности с ней или её согласия. По телефону Раиса Козма, пенсионерка, которая сейчас живет в Калараше, но которая унаследовала 32 ара в Садова, где когда-то находился дом ее родителей, подтвердила сказанное местными жителями, и объяснила нам, как мы можем добраться до ее свежеочищенного участка.

Деревья, вырубленные «по ошибке»

Когда мы прибыли на место, на возвышенность у подножия леса, откуда видно всё село, нас встретил один из рабочих, находящихся в зоне. Он представился как Георге, племянник Александра Додона. Он сказал, что плодовые деревья на участке Раисы Козма были вырублены «по ошибке». «Здесь, ниже по склону от нее, были куплены два земельных участка. Человек, с которым мы говорили, находится в Израиле, и когда он объяснил нам, мы подумали, что весь участок принадлежит этим двум лицам», – утверждает Георге, добавляя, что «этот участок остается за женщиной. Если она хочет, она его продаст. Если не хочет, не продаст. Разве сделали плохо, очистив его? Здесь не было деревьев, были кустарники».

Мы попросили Георге связать нас с Александром Додоном, чтобы обсудить покупку земельных участков у селян. Поговорив с ним несколько минут по телефону, Георге сказал нам, что Александр Додон занят и что он не может с нами разговаривать. Он не захотел давать нам даже номер телефона бизнесмена. В какой-то момент беседы, хотя его не спрашивали, собеседник не преминул уточнить, что Александр Додон, тот, кто покупает земельные участки у селян, не является родственником или другом президента Игоря Додона, уроженца того же села, у которого есть брат, тоже Александр.

О проблеме земельных участков на окраине села мы также спросили Николая Раковицэ, кадастрового инженера в Примэрии Садова. Он утверждает, что в Примэрию не поступало никаких других жалоб, связанных с возможными злоупотреблениями или давлением на селян с целью продажи участков, за исключением жалобы Раисы Козма.

«Господин Додон – уроженец Садова и хочет инвестировать в сельское хозяйство. Чтобы сделать инвестиции в сельское хозяйство, он достигает общего знаменателя с людьми, чтобы объединить земли. Кто продает, кто меняет, кто… К нам в Примэрию жалоб не поступало, кроме жалобы г-жи Раисы Козма. Она родом из села, но уже много лет проживает в Калараше. И здесь, в доме их родителей, рядом с ней, у ее племянника тоже был участок. Он, отдавая участок Александру Додону, не показал правильно межу, и там были срезаны несколько терновников, навели порядок на ее участке, потому что это было… Меня уведомили, я был на месте с полицией, мы установили границы. Они пришли к общему знаменателю, что госпожа забирает её землю, забирает дрова и всё. Других жалоб у нас не было», – утверждает кадастровый инженер. Он также сообщил нам, что люди Александра Додона занимаются обезлесением в большей степени на основе устных договоренностей с владельцами земель, поскольку сельские жители имеют только правоустанавливающие документы на право владения землей и не могут продавать участки, прежде чем зарегистрировать их в кадастре.

«У моего отца этот участок даже колхоз не забрал, а ты теперь меня выгоняешь»

Раиса Козма, с которой мы позже встретились в Калараше, говорит, что узнала о работах на ее земле от родственника из села. «Я позвонила кадастровому инженеру и сказала: – Что там, что с моим участком? А он говорит: – Тетя Раиса, я знаю, что там, но я ничего не могу сделать, только Вы сама – обратитесь в полицию. 5 апреля я позвонила на 112, объяснила ситуацию, сказала, что я пенсионного возраста и мне нельхя туда ехать. Они сказали, что отправят участкового полицейского. Я сказала им, чтобы взяли кадастрового инженера, потому что он знает. Кадастровый инженер днем ранее был там и увидел, что все деревья уже срублены. Они также взяли моего зятя и ушли. Они увидели, что все деревья срублены, а дрова сложены. Мой зять звонит мне и говорит: – Что мне делать? Я говорю: «Но все ли деревья срублены?» Там было около 40 деревьев. Орехи и что-то ещё там было. Я сказала, что не знаю, что делать, и пусть зять хотя бы заберет дрова, хоть с этим останемся, но землю я ему не продам. У меня есть документы на собственность, и пусть он останется, у меня есть дети, и, может быть, мы там снова посадим несколько деревцев, раз уж срубили… 7 апреля, когда зять был там, вечером он позвонил ему и говорит: Передайте ей, что больше 500 леев я ей не дам. Его это напугало, он не спал всю ночь», – утверждает женщина.

Раиса Козма, родом из Садова, владелица земельного участка

«Через несколько дней он позвонил мне (Александр Додон, прим. ред.) и сказал: – Так ты не хочешь продавать? Я говорю: – Нет, не хочу. Я тебя знаю, что ты многим делал зло, но, пожалуйста, поищи, ещё есть участки, не только мой. И я уже по-хорошему с ним говорила, и он не оскорблял меня или еще что. Так я поняла, что он не тронет участок. Еще я его спросила: – Почему ты вырубил? – Я не знал, чья это была земля. Но я говорю: Как так? Сначала вы должны были пойти в Примэрию, чтобы узнать, чьи это участки, поставить человека в известность. По сути, у тебя все еще нет в собственности этих участков, ты должен был заплатить человеку, заключить договор купли-продажи, а затем вырубать деревья. Так? – Да, так! – Тогда почему ты не делаешь так? И он говорит мне, что 240 человек отдали ему землю, и только я против. Я говорю: – Я не против, я хозяйка участка, унаследованного от родителей. Я родилась там, я жила там, и я говорю ему, что у моего отца даже колхоз не забрал этот участок, что у него там был дом, и они оставили его с 52 арами (потом 20 аров она переписала на племянника). В советские времена его согнали оттуда, а ты теперь меня выгоняешь. Вот такой разговор был у меня с ним», – рассказывает Раиса Козма, решившая не продавать землю, унаследованную от родителей.

Участок и останки родительского дома Раисы Козма

«Я и тени своей боюсь»

Последующие беседы с другими садовянами, у которых есть земля в зоне, на которую положил глаз Александр Додон, или которые уже продали ему землю, подтверждают чувство страха, с которым мы столкнулись среди жителей села во время нашего визита в Садова. «Мы хотим справедливости, но мы боимся. У нас также есть немного земли там, и завтра-послезавтра он может прийти, чтобы забрать и нашу. Люди боятся, говорят, что хочет взять всю ту часть села. Я говорю вам, что в селе большой страх. Человек там умер из-за него. Он сутки работал в Кишиневе, а трое был дома и тоже не согласился продать дом, и когда он однажды приехал из Кишинева, его дом был уже снесен. Потом другой человек, получивший землю от своих родителей, но так получилось, что она не перешла к ней после смерти родителей. Она приходила, обрабатывала ее, не думала, что… И когда теперь пошла в Примэрию, и они посмотрели – у нее нет документов. Он ей ничего не заплатил, а землю забрал. И это не первый случай, в этой ситуации гораздо больше людей. Пожилая женщина почти 80 летнего возраста тоже так – у нее не было документов, и ей срубили деревья, она забирала дрова домой, а деньги, ей сказали, что дадут ей, когда она сделает документы», – рассказывает садовянка.

«У другой женщины было около 20 аров молодых грецких орехов, которые приносили плоды около 7-8 лет. Она не работала всю свою жизнь и говорила, что эти орехи принесут ей пенсионный доход. Он (Александр Додон, прим. ред.) вырубил весь сад. Он не спрашивает тебя, хочешь ты этого или нет, ему нужна земля. Она жаловалась, но некому было. Сначала он давал по тысяче леев за ар, но теперь старикам дает по 500 леев. Но там земля рядом с селом, не на холме где-то, чтобы стоить 450-500 леев. Короче говоря, если хочешь – берешь деньги, если нет – все равно останешься ни с чем», – говорит женщина, которая попросила не обнародовать ее имя.

На вопрос о том, как ее убедили продать землю, и была ли она удовлетворена этой сделкой, другая местная жительница сказал нам вкратце, что «я скорее ничего не хочу, потому что и тени своей боюсь от того, через что я прошла. Я очень боюсь. Тебя заставляют писать, что, вот, ты отдал, что рядом с этим лицом снизу, таким-то лицом сверху. Он знает, как… Многие люди пострадали и ещё страдают», – сказала нам женщина, пытаясь как можно скорее закончить беседу на эту тему.

Александр Додон: «Никакого давления не оказывается»

О возможном давлении на жителей села: «Они сами подходят и продают мне землю. Я даже не хотел покупать столько земли. Если вы хотите быть объективными, организуйте всех людей, которые продали землю, и, кроме благодарности, никто ничего не скажет. Никакого давления не оказывается. Вы были в селе и очень хорошо видели, что нет никакого давления. Если я купил почти у 200 человек, вы отдаете себе отчет в том, какой рёв поднялся бы, если бы я оказывал давление. Вы говорите, что все боятся? Но почему они боятся? Что у меня есть… Прежде всего, не я веду переговоры. Очень мало с кем я разговаривал лично. Мой одноклассник говорил, мой племянник говорил, люди из села. Половина из них или, может быть, даже больше из них сами подходили с тем, что они хотят продать, потому что там были заброшенные участки. Максимум 10% были обработанными».

О человеке, чей дом был снесен: «Вы даете мне имя человека, который уже мертв, верно? Понятия не имею, я даже не знаю его. Есть около 150 человек, которые продали землю. Все они живы, все они в селе. Подойдите к каждому, и вы увидите, что все довольны. Я родился в Садова и хочу вложить деньги в свое село. Это кого-то беспокоит? Кого? Дайте мне имя».

По поводу случая Раисы Козмы: «Госпожа Раиса появилась после того, как ее племянник продал землю. Я говорил с ней лично, она не имеет претензий. Если она захочет продать – я куплю, если она не захочет продавать – я не куплю. Я не оказываю никакого давления. Покажите мне человека, который сказал, что я на него давил, и тогда я смогу вас понять».

Арендованный пруд и «сельскохозяйственный» домик на берегу

Александр Додон начал покупать землю в Садова, особенно возле родительского дома, еще в 2012-2013 годах. В тот период было зарегистрировано несколько объектов недвижимости на имя Никиты Додона, сына Александра Додона, которому тогда было 10 лет. Осенью 2019 года, когда ему было 16 лет, Никита Додон попал в видоискатель СМИ после того, как в интернете появилось видео с группой молодых людей, в том числе Никиты, которые с превышением скорости вели по улицам Кишинева роскошный автомобиль и стреляли из пистолета. Другие объекты недвижимости в этом районе были зарегистрированы в кадастре на имя Татьяны Пырцак, супруги Александра Додона.

Ранее Александр Додон арендовал участок земли площадью более 2 га, на котором простирается озеро.

Озеро и часть земельных участков Александра Додона были огорожены. Декабрь 2019

Договор аренды действителен до 2036 года. На берегу озера Александр Додон владеет двумя другими земельными участками, образованными путем объединения нескольких небольших участков земли, общей площадью почти 4 га. На одном из них построен деревянный дом, площадью 167 квадратных метров и несколько летних беседок.

Поскольку земля не предназначена для застройки, имея статус сельскохозяйственной земли, домик отдыха на берегу озера зарегистрирован в кадастре как «сельскохозяйственное, агропромышленное строение». «Все строения соответствуют закону, ничего не нарушено. Мне дали все необходимые документы», – сказал нам Александр Додон, когда мы спросили его о деревянном доме, построенном на участке сельскохозяйственного назначения.

ZdG писала в конце 2019 года, что семья президента Игоря Додона также приобрела в последние годы десятки сельскохозяйственных участков в Садова. Однако они расположены на другой окраине села, на въезде в населенный пункт. В начале 2020 года некоторые из этих участков перешли на имя матери президента, Галины Додон, в портфель фирмы «Agrofactory», основанной еще одним Александром Додоном – братом Игоря Додона. Ранее, хотя он признался, что они знакомы между собой, будучи из одного села, президент заявил, что он не приходится родственником Александру Додону, владельцу отеля «Президент».

 Анатолие ЕШАНУ 

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *