Точка над i в отношениях ЛГБТ с семьей, церковью и полицией

Согласно опросу, проведенному Институтом публичной политики в 2014 году, когда респондентов попросили сказать, что, в первую очередь, приходит в голову, когда они слышат слова «гомосексуал» или «лесбиянка», 7,9% граждан Молдовы ответили «психическое заболевание», 6,3% – «анормальность» и 6,1% – «больные люди». Другие участники опроса использовали следующие оценочные характеристики: «нужно уничтожить», «глупость», «грех».

Исполнительный директор Центра «Genderdoc Moldova» (GDM), Анастасия Данилова, и координатор программы лоббирования и адвокации, Анджела Фролова, считают, что такое отношение проистекает из невежества и страха перед неизвестным. Анастасия Данилова и Анжела Фролова ответили нам на 8 вопросов о стереотипах, существующих в обществе в отношении ЛГБТ-людей.

О гомосексуальности: я рождаюсь таким или становлюсь?

Анжела Фролова: У ученых пока нет твердого ответа о причинах гомосексуальности. Существует несколько теорий, но нет единой, которая бы точно ответила на этот вопрос. Для меня, как для гомосексуалки, этот вопрос не имеет особого значения, меня не интересуют причины моей сексуальности – я родилась или стала такой, потому что речь о моей жизни, о моем выборе в жизни, речь о моей свободе проживать свою жизнь в точности так, как я хочу. Я не думаю, что можно выбирать, в кого влюбляешься. Я думаю, что это происходит изнутри, и мы не можем это контролировать, и если учесть, что сексуальная ориентация в первую очередь касается любви, то я не знаю, можем ли мы говорить здесь о выборе. Я действительно не знаю.

О полигамии: обязательно ли быть гомосексуалом означает быть полигамным?

Анастасия Данилова: Я думаю, что моногамия или полигамия – это личный выбор каждого человека, независимо от сексуальной ориентации. В принципе, самое главное, что человек находится в отношениях, в которых ему или ей комфортно. Среди гомосексуалов много стабильных и длительных отношений: речь о людях, живущих вместе годами, есть и пары, воспитывающие детей, а также те, кто решает жить без детей; есть и полигамные лица, которые считают этот образ жизни нормой. Каждый сам решает, что ему подходит, а что нет. Лично я считаю, что право выбора всегда должно оставаться на усмотрение человека. Мы не можем с уверенностью сказать, являются ли все гомосексуалы моногамными или полигамными. Это никак не связано с сексуальной ориентацией человека, но связано с его предпочтениями – кто-то хочет долгосрочных отношений, семьи и партнерства, кто-то хочет большего разнообразия для себя. Это выбор каждого и не имеет никакого отношения к сексуальной ориентации.

О «не трогайте моего ребенка»: может ли передаваться гомосексуальность?

Анастасия Данилова: Очевидно, что сексуальная ориентация никоим образом не может быть передана, ею нельзя заразиться каким-либо образом, и ее нельзя навязать кому-либо. Важно то, как человек чувствует себя внутри. Если бы сексуальную ориентацию можно было каким-либо образом воспитать, то не было бы гомосексуалов, потому что большинство гомосексуалов выросли и воспитывались в гетеросексуальных семьях, и, скажем, если моя сестра замужем и у нее трое детей, и я выросла в той же семье, по тем же правилам и с теми же родителями, но я не замужем, у меня нет детей, и я лесбиянка, то о чем это нам говорит? Гомосексуализм не может передаваться по воздуху, а люди, которые задают этот вопрос, должны задаться вопросом, например, легко ли изменить сексуальную ориентацию.

Анжела Фролова: Дети, в основном, влюбляются еще в детском саду, еще с яслей бегают один за другим. То есть, у нас есть сексуальная ориентация с тех пор, как мы начинаем себя воспринимать. Это не то, что мы можем понять, осознать, изменить. Это нечто естественное, что идет изнутри. И я не знаю, можете ли вы диктовать, в кого именно влюбиться или каков пол человека, в которого вы можете влюбиться.

О полиции: насколько она отзывчива, когда дело касается рассмотрения случаев ЛГБТ?

Анастасия Данилова: Бывают разные случаи. Однако в последнее время мы можем сказать, что отношение полиции меняется к лучшему, потому что она проходит обучение. Полиция начинает понимать, что такое сексуальная ориентация и гендерная идентичность, потому что, обычно, негативное отношение происходит из-за отсутствия информации. Я думаю, что есть шансы улучшить ситуацию, хотя, конечно, это зависит от человека. Важно, чтобы сотрудники полиции важно вели себя профессионально на своем рабочем месте, возможно, даже несмотря на личное отношение.

Об объяснениях: как мне рассказать своему ребенку, почему два мужчины или две женщины держатся за руки?

Анжела Фролова: В целом, у нас очень большая проблема с воспитанием детей и беседами, которые у нас должны быть с ними. Обычно, мы считаем, что пока ребенок не повзрослел, он не способен ничего понять, и наше воспитание сводится к «не делай этого», «не лезь», «не иди», «не ходи», то есть, все эти бесконечные запреты. По сути, родители должны понимать, что с самого раннего возраста дети могут понять вас, достаточно найти правильные слова. Ребенок способен понять объяснение, если вы хотите его дать, и очень просто объяснить гомосексуальные отношения – вы просто говорите, что в этом мире есть ситуации, когда мужчина может любить мужчину, а женщина может любить женщину. Точка. У ребенка нет гомофобии внутри, он не поймет это иначе, чем вы сказали. Это так просто объяснить – через любовь, через общение. Иначе, как говорить с ребенком о сексе, о других вещах, которые произойдут с ним; как вы объясните ему, что нужно защищать свое тело, не позволять кому бы то ни было прикасаться к нему?

О педофилии: гомосексуалист это то же самое, что и педофил?

Анастасия Данилова: «Здесь речь больше о манипуляции общественным мнением. Этот вопрос используется довольно часто, потому что дети для всех нас очень важны, и они являются самой хрупкой категорией населения, поэтому у каждого зрелого человека есть желание защитить своего ребенка от насилия, психологического давления, сексуального злоупотребления, и эта тема настолько трогает сердца людей, что для того, чтобы вызвать чувство ненависти к определенной социальной группе, очень сподручно связать эту группу с педофилией, сделать ее врагом, демонизируя ее в глазах всего общества. Очевидно, что гомосексуализм и педофилия не имеют ничего общего. Последнее является преступлением против ребенка, а гомосексуализм основан на отношении двух взрослых людей, сознательных, и у которых есть общее согласие, что абсолютно противоречит педофилии, где ребенок не разбирается в происходящем и ничего не понимает».

О недостатках: какие пробелы существуют в молдавском законодательстве отношении соблюдения прав ЛГБТ?

Анжела Фролова: Помимо того факта, что отсутствуют нормы, регламентирующие преступления на почве ненависти и наказания за нее, у нас также есть проблемы с Законом об обеспечении равенства, где, до сих пор, четко не оговариваются сексуальная ориентация или гендерная идентичность. У нас также возникают проблемы с полномочиями Совета по предотвращению и ликвидации дискриминации, которые никоим образом не могут наказать тех, кто подстрекает к дискриминации, но могут только выявлять дискриминацию; люди вынуждены обращаться в суд с целью заставить дискриминатора уплатить штраф или выплатить какой-либо моральный вред или материальный ущерб. У нас все еще есть проблема со сменой пола для транссексуалов, потому что нет закона, который бы регулировал это; ни одного органа, который бы предусмотрел, какой пакет документов должен собирать транссексуал, как и где он должен попросить сменить документы, удостоверяющие личность, чтобы адаптироваться к другому полу и другому имени.

О вере: гомосексуалы ходят в церковь, среди них есть верующие?

Анастасия Данилова: Я не хожу в церковь, но есть люди ЛГБТ, которые празднуют религиозные праздники и ходят в церковь. Есть благочестивые ЛГБТ-люди, которые читают и принимают Библию, как она написана, которые выбирают для себя самый важный постулат, тот, гласящий, что Бог есть любовь. У них нет проблем с Богом, они не считают себя грешниками или содомитами. Я думаю, этот вопрос намного проще: может ли Бог быть против любви? И, по сути, пропаганда ненависти, которой занимаются в обществе те, кто должен поощрять любовь и мудрость, для меня лично, – это парадокс. Я за свободу выбирать веру, это абсолютное право каждого человека. Но, навязывать кому-то свои идеи, уже является нарушением его права на свободу выбора религии.

Алёна ЧУРКЭ