[ВИДЕО] Как НЦБК оправдал «миллионеров на деньги родственников» из числа своих сотрудников

Все сотрудники Национального центра по борьбе с коррупцией, о которых ZdG писала ранее, что они пользуются благами на миллионы, часть из которых зарегистрирована на родственников или куплена на их деньги, не преступили закон. Таков общий вывод Национального центра по борьбе с коррупцией по результатам проведения служебного расследования. Сотрудник учреждения был проверен на детекторе лжи после того, как «поступила непроверенная информация о том, что один из принадлежащих ему объектов имущества был получен в качестве взятки, переданной в рамках уголовного дела. В ходе проверки была установлена искренность сотрудника, когда он отрицал свою предполагаемую причастность к коррупционным действиям», – уточняется в ответе, подписанном Богданом Зумбряну, директором Национального центра по борьбе с коррупцией.

Хотя следствие показало, что миллионы офицеров учреждения имеют законное происхождение, Зумбреану утверждает, что он попросил своих сотрудников «быть скромнее в отображении благ, которыми они владеют на правах собственности или которые находятся в их пользовании».

В ноябре и декабре 2017 года ZdG опубликовала два журналистских расследования, в которых говорилось, что сотрудники Национального центра по борьбе с коррупцией (НЦБК) владеют имуществом на миллионы, многие объекты этого имущества зарегистрированы на родственников или куплены на их деньги, а также, что другой сотрудник учреждения предоставлял займы в десятки тысяч евро, хотя его зарплата не оправдывает этих действий. Впоследствии НЦБК объявил, что начал служебные расследования, а в конце февраля сообщил нам о результатах внутренних расследований.

Читайте также:
НЦБК – фабрика роскоши и миллионеры на деньги родственников
НЦБК – фабрика роскоши и миллионеры на деньги родственников (II)
Сделки ростовщика из НЦБК

Расследование – проведено офицером с запретом докладывать вышестоящим лицам

Дома некоторых сотрудников НЦБК

Посредством ответа за подписью Богдана Зумбряну, директора НЦБК, ZdG сообщили, что хотя срок служебного расследования составляет 30 дней, «учитывая повышенное внимание общества к случаю, в целях прояснения всех обстоятельств, срок для проведения служебного расследования был продлен с конкретными указаниями по осуществлению определенных дополнительных проверок в пределах полномочий, предоставленных законом». Вместе с тем, утверждает НЦБК, «чтобы исключить любые сомнения в объективности проведения расследований, проведение служебных расследований было поручено сотруднику Управления внутренней безопасности (УВБ), под запретом сообщать о ходе и результатах расследований вышестоящим лицам, упомянутым в статьях ZdG».

«В рамках расследований было проведено несколько действий следственного характера, были повторно проанализированы декларации об имуществе и собственности лиц, в отношении которых были проведены расследования, и у которых были запрошены дополнительные объяснения. Также, были изучены документы и запрошена информация у лиц, которые де-факто являются владельцами имущества, находящегося или бывшего в пользовании субъектов расследования; целью действий было подтверждение данных, приведенных в статьях ZdG, данными, полученными от УВБ в отношении сотрудников, указанных в соответствующих публикациях», – уточняет в ответе НЦБК.

«В результате проверок УВБ, было установлено, что сотрудники НЦБК не допускали деяний, которые бы нарушали положения действующего законодательства, а наличие имущества, которым они владеют, оправдано подтверждающими документами об их законном происхождении и задекларировано в строгом соответствии с положениями законодательства», – утверждает учреждение, которое также уточняет, что сотрудник НЦБК, без указания его имени, был проверен на детекторе симулированного поведения (полиграфе). «Необходимость применения этой процедуры была продиктована тем фактом, что относительно этого сотрудника существовала непроверенная информация: якобы один из принадлежащих ему объектов имущества был получен в качестве взятки, предоставленной в рамках уголовного дела. В процессе тестирования была установлена искренность сотрудника, когда он отрицал свою предполагаемую причастность к коррупционным действиям», – сообщает НЦБК

Сотрудник, который приезжал на работу на машине, стоимостью 1,5 миллионов леев – временно исполняющий обязанности вместо Зумбряну

Богдан Зумбреану, директор НЦБК, также пишет в своем ответе ZdG, что, хотя никто не был наказан, он попросил сотрудников учреждения «быть скромнее в отображении благ, которыми они владеют». «Таким образом, в результате проведенных проверок, было установлено отсутствие юридических оснований для привлечения к дисциплинарной ответственности соответствующих сотрудников, упомянутых в отмеченных публикациях. В то же время, информирую вас о том, что я предупредил сотрудников, в отношении которых велось служебное расследование, а также весь персонал Центра, о необходимости строго соблюдать законодательство, регулирующее декларирование имущества, и поощрил их и в продолжение включать все имущество, подлежащее декларированию. Также, я обратился к сотрудникам Центра, и особенно к сотрудникам, в отношении которых проводились служебные расследования, быть скромнее в отображении благ, которыми они владеют на правах собственности или которые находятся в их пользовании, даже если их происхождение имеет законное подтверждение», – пишет Богдан Зумбряну.

В расследовании «НЦБК – фабрика роскоши и миллионеры на деньги родственников», опубликованном в ноябре 2017 года, ZdG отмечала, что Михаил Кожокару, заместитель начальника Главного управления уголовного розыска и глава одного из Управлений НЦБК, приезжал на службу на BMW 730 LD XDRIVE 2015 года выпуска. Рыночная цена такого автомобиля начинается с 70 тысяч евро (около 1,5 миллиона леев). Чиновник отметил, что машина «является собственностью родственника и используется мной периодически в личных целях». После того, как Богдан Зумбряну, бывший начальником Михаила Кожокару, стал директором НЦБК, к Кожокару перешла должность и.о. начальника Управления уголовного розыска НЦБК. Раиса Цуркан, старший офицер по уголовному преследованию по особым делам, управляла Range Rover Evoque 2012 года выпуска. «Это собственность родственника, который часто путешествует за границу Молдовы. Он используется мной периодически в личных целях», – оправдывалась она.

Василий Шарко, начальник Службы по предотвращению и борьбе с отмыванием денег; Штефан Тулбуре, глава Управления внутренней безопасности НЦБК; Марчел Табарча, начальник Главного управления по обеспечению неподкупности НЦБК, были другими сотрудниками соответствующего учреждения, упомянутыми в расследовании ZdG. Они жили в роскошных зданиях, которые, как они задекларировали, построили, в том числе с помощью родственников. Так оправдывали свое имущество и другие сотрудники НЦБК. В другой статье, в которой упоминалась деятельность сотрудника НЦБК, «Сделки кума из НЦБК», опубликованной в декабре того же года, ZdG писала, что за последние 5 лет Геннадий Танас, глава Северного территориального управления НЦБК, получил официальные доходы в размере 1,35 миллионов леев. Однако, в тот же период чиновник купил квартиру в Кишиневе, новый автомобиль Skoda Superb, в лизинг, и более 40 га сельскохозяйственных угодий. В то же время, он практиковал кумовство, предоставляя ряду лиц займы в несколько десятков тысяч евро, деньги, которые он, впоследствии, возвращал через суд.

Виктор МОШНЯГ

1 comentariu

  1. Pingback: Национальный центр по борьбе с коррупцией: отставки на высшем уровне | Ziarul de Gardă RUS

Leave a Reply

Your email address will not be published. Required fields are marked *