Нужен ли Республике Молдова еще один бизнесмен во главе правительства? Мнения экспертов

В октябре 2025 года Партия действия и солидарности (PAS) выдвинула бизнесмена Александру Мунтяну на пост премьер-министра, представив его как профессионала с большим опытом в экономической сфере и с выдающейся карьерой в частном секторе, но без предыдущего участия в политической деятельности. В то время PAS отмечала, что управленческие навыки и опыт ведения бизнеса делают Мунтяна подходящим кандидатом на пост главы правительства.

Спустя всего восемь месяцев после вступления в должность Александру Мунтяну объявил о своей отставке, что привело к падению правительства и положило начало процессу выдвижения нового кандидата на пост премьер-министра. В июле 2026 года партия PAS предложила нового кандидата на пост главы правительства, выдвинув еще одного бизнесмена – Василе Тофана, также не имеющего опыта работы в политике.

В связи с этим корреспондент ZdG спросил у нескольких экспертов нужен ли Молдове еще один премьер-министр из частного сектора и насколько различаются профили двух кандидатов, выдвинутых партией PAS на самую важную должность в государстве.

Каковы преимущества и недостатки назначения бизнесмена на должность премьер-министра? Нужен ли Республике Молдова еще один бизнесмен во главе правительства? Чем отличается профессиональный профиль Василе Тофана от профиля Александру Мунтяну?

Михаэла Сирицану, эксперт Watchdog по политическим вопросам

Реальное преимущество заключается в том, что бизнесмен может способствовать развитию инвестиционного климата и диалога с частным сектором – он понимает потребности предпринимателей, может упростить бюрократические процедуры и привлечь капитал или внешних партнеров, особенно в тот момент, когда Республике Молдова необходимы экономический рост и структурные реформы, связанные с вступлением в ЕС.

Однако главный риск заключается в том, что бизнесмен может спутать государственное управление с управлением компанией, хотя их логика принципиально отличается: компания стремится к максимизации прибыли для акционеров, тогда как государство должно создавать общественную ценность – услуги для всех граждан, в том числе те, которые не являются «прибыльными» (здравоохранение, образование, социальная защита), – то, что трудно оценить количественно.

Второе существенное различие связано с механизмом принятия решений: компания может управляться по вертикали, на основе приказания и контроля, причем генеральный директор принимает решения оперативно; управление государством же предполагает постоянные переговоры с парламентом, партиями, профсоюзами и гражданским обществом – это медленный, плюралистический процесс, в котором управленческая эффективность не гарантирует политической легитимности. К этому добавляется риск конфликта интересов (личный бизнес против государственных решений) и тот факт, что предприниматель, как правило, отвечает только перед акционерами, тогда как премьер-министр несет публичную ответственность – через голосование и прессу – за каждое решение; это форма ответственности, гораздо более уязвимая и менее предсказуемая, чем в частном секторе. В этом смысле настоящим испытанием для господина Тофана станет не то, насколько хорошо он умеет привлекать капитал, а то, удастся ли ему перейти от логики прибыльности к логике общественных интересов – смена подхода, которую многие технократы, пришедшие из бизнеса, недооценивают.

Виктор Чобану, политический аналитик

Представители деловых кругов, как правило, предлагают решения, которые порой противоречат социальной политике. Они пытаются решать проблемы весьма прагматично и конкретно, не всегда учитывая тот факт, что управление бизнесом и руководство государством – это принципиально разные вещи. Если в компании дела идут плохо, можно уволить сотрудников. В случае с государством такой подход невозможен.

Управление страной предполагает постоянный учет интересов и потребностей множества социальных групп. По этой причине в этих двух сферах дела обстоят по-разному. Лично я предпочел бы следовать европейской модели, при которой партия, победившая на выборах, формирует правительство, а ее лидер возглавляет исполнительную власть.

Вернусь к примеру Мунтяну, который показал, что эта модель не всегда работает. Тем не менее, профиль Василе Тофана отличается от профиля Александру Мунтяну. Я считаю, что Тофан гораздо более амбициозен, в хорошем смысле этого слова.

Я заметил, что он выдвинул ряд предложений и инициатив. Он продвигал идею административной реформы и представил 12 пунктов реформы, которые, по его мнению, должна реализовать Республика Молдова. Я не буду сейчас обсуждать, насколько все эти предложения хороши или приемлемы, но они демонстрируют, что у него есть свое видение. В случае с Мунтяну я этого не заметил. Его программа, представленная при вступлении в должность, явно не была разработана им самим и не могла считаться полностью его собственной программой правительства.

Теперь нам остается только ждать результатов консультаций, которые г-н Тофан проведет с министрами и парламентскими фракциями. Я ожидаю гораздо более конкретной программы, лучше ориентированной на четкие цели.

Именно в этом заключается причина моего оптимизма. Если он получит полные полномочия и свободу влиять как на состав правительственной команды, так и на приоритеты правительственной программы, то я с осторожным оптимизмом смотрю на это правительство. Если же он не получит такой свободы, существует риск, что мы станем свидетелями развития событий, аналогичного тому, что были при правительстве Мунтяну, возможно, лишь с разницей в несколько месяцев в ту или иную сторону.

Мариана Яцко, доктор политических наук

Назначение бизнесмена на должность премьер-министра само по себе не является гарантией успеха или неизбежного провала. Я бы сказала, что опыт работы в частном секторе может привнести управленческую дисциплину и более четкую ориентацию на результат. Однако следует отметить, что государство – это не компания. Премьер-министр не управляет только финансовыми показателями и не может выбирать исключительно «рентабельные» сферы деятельности. Поэтому я считаю, что с политологической точки зрения Республике Молдова не нужен именно «еще один бизнесмен», а скорее премьер-министр, способный эффективно руководить правительством, устанавливать стандарты для государственных учреждений и публично отвечать за свои решения.

Я считаю, что повторный подбор кандидатов такого же рода был бы оправдан лишь в том случае, если правительство объяснит, в чем заключались его провалы в ходе предыдущего срока полномочий, а также чем и как Василе Тофан сможет устранить эти проблемы. В противном случае создается впечатление, что меняется лишь личность и резюме, но не модель управления. Тот факт, что правящая партия вновь ищет премьер-министра за пределами собственной команды, может также свидетельствовать о трудностях с подготовкой внутри партии лидеров, обладающих политическим авторитетом и исполнительными способностями.

Можно сказать, что профили Александру Мунтяну и Василе Тофана сопоставимы, но не идентичны. Мунтяну, согласно общедоступным данным, имеет более выраженный профессиональный опыт в сфере финансов, региональных инвестиций и связей с государственными и международными финансовыми институтами. В отличие от него, г-н Тофан имеет преимущественно опыт в стратегическом консалтинге, технологиях, корпоративном управлении и инвестициях, ориентированных на рост и реструктуризацию. Возможно, у него более динамичный профиль и он ближе к логике принятия решений в частном секторе. Однако в его публичной биографии пока не отражен опыт управления государственными учреждениемми.

Поэтому Василе Тофана следует оценивать не по тому, какие университеты он окончил или в каких компаниях работал, а по тому, какую команду он предложит, по программе правительства, по тому, как он будет решать конфликты интересов, и по его способности принимать независимые решения.